Книга Дочь Водяного, страница 131 – Оксана Токарева

Одного из ребят он сразу же узнал: трудно не признать собственную повзрослевшую копию, плоть от плоти и кровь от крови. Тем более он уже видел Леву таким в одном из снов, навеянных магией Скипера. Насчет спутников оставалось только предполагать и теряться в догадках, как и о том, что они втроем задумали.

Замысел слегка прояснился, когда Лева извлек из спинного плавника щуки то ли гусли, то ли финское кантеле и начал на нем играть, сопровождая игру шаманским горловым пением, обращаясь напрямую к колебателю земли и пытаясь погрузить того в транс. Михаил видел, как на лбу сына вздуваются от напряжения жилы, чувствовал, каким чудовищным усилием дается воздействие на волю древнего хтонического существа, но никак не мог помочь. Магия по-прежнему ему не давалась, и приходилось только наблюдать. Когда убаюканный Левиным заклинанием Змей застыл обсидиановым изваянием, девушка, за спиной которой распахнулись могучие огненные крылья, точно цирковая гимнастка, обняла второго парня и поднялась вместе с ним в воздух, направляя полет в сторону Мирового Змея.

«Что они творят? Зачем?» — не выдержав, задал скорее риторический вопрос Михаил.

«Пытаются добыть меч-кладенец, который застрял у Змея между зубов, — с готовностью отозвался Семаргл. — А твой сын, я так полагаю, работает вкачестве анестезиолога или, скорее, факира».

«Но если это происходит наяву и в далеком будущем, почему мы это видим?» — спросил Михаил, в волнении наблюдая, как спутник крылатой девы, которого та высадила на голову Змея, пробирается между огромных зубов, в попытке добраться до артефакта.

«На берегу моря-Окияна пространство искривлено и нет времени в том виде, в которым привыкли вы, люди, — пояснил Семаргл. — Поэтому при определенном стечении обстоятельств можно оказаться во временной петле, наблюдая события будущего или прошлого. Тем более что твой сын применил очень сильное колдовство».

Но тут спутник крылатой девушки и Левы все-таки выдернул из десны Змея меч, чары распались, а пространство и время вернулись на свои места. Последним, что увидел Михаил, прежде чем будущее рассыпалось сияющими осколками императорского золотого фарфора, были меч-кладенец, уничтоживший заклятую иглу, и разрубленное пополам тело Константна Щаславовича. Вот только к какому временному отрезку относилось это видение, он сказать, увы, не мог.

Настоящее томило неизвестностью и тревожило дурными снами, в которых щемящая тоска по дому переплеталась с ощущением нависшей над близкими опасности. Сразу после того, как разомкнулась временная петля, Михаил, уставший, кажется, даже больше творившего в будущем колдовство Левы, заснул настолько крепко, будто лежал не на голых камнях, а на удобной кровати в их с Верой спальне. Тем более что сон вновь перенес его домой.

Мама разговаривала по телефону с Леной Царевой. Лева в нетерпении, точно вьюн, вился рядом.

— Конечно, Леночка, привози. О чем речь? Спокойно поезжай со своей певуньей на конкурс. Ваня с Левой поиграют, а, если задержитесь, я его и обедом покормлю, и спать уложу. Придете вечером — посидим, чайку попьем.

Лева, не скрывая радости, приплясывал на месте от нетерпения до тех пор, пока не раздался звонок, и в прихожую в сопровождении матери и сестры не вошел Ваня.

Пока Лена давала сыну последние наставления, как себя вести в гостях, Лева зачарованно разглядывал заплетенные в косички с разноцветными ленточками пшеничные волосы Маши. Хотя маленькая певунья и разумница по праву старшинства строила мальчишек, в корне пресекая разные шалости, Лева к ней относился с воистину рыцарским обожанием.Но на этот раз они с Иваном остались одни.