Книга Царевна-лягушка для герпетолога, страница 119 – Оксана Токарева

Остовы давно пропавших каравелл и эсминцев лежали рядом с обломками самолетов, где-то под грудами неопознанного хлама, токсичного пластика и ржавого металла угадывались очертания ушедших под воду городов и затопленных космических станций. Я бы не удивилась, если бы обнаружила тут Нагльфар, Летучего голландца, Атлантиду, кладку Чужих с лицехватами, корабль Хищника и Тунгусский метеорит. Впрочем, возвышавшееся на самой массивной из мусорных гор невообразимое строение стоило любого Улья ксеноморфов. Возведенное из старых микросхем, деталей сломанных механизмов и пластиковых упаковок, ставших смертельными ловушками для мелкой живности, скрепленное тоннами застывшей нефти, под черной пленкой которой угадывались рыбьи скелеты и тушки птиц, оно служило своеобразным гербом и девизом своего хозяина, чью вселенную разрушения подпитывали людская алчность, лень и равнодушие.

— А вы уверены, что это такая уж хорошая идея — лезть сейчас в самое логово? — осторожно спросила я, вслед за Левой и Иваном пробираясь в сторону жилища аффинажного короля, в нашем мире, помнится, выглядевшего фешенебельным особняком посреди черневой тайги.

— Хороших, вернее, безопасных идей в этом путешествии с самого начала не наблюдалось, — напомнил мне Лева, подавая руку и помогая пробраться вдоль киля перевернутого брига.

— А вдруг это шанс прямо сейчас вывести Василису? — умоляюще глянул на меняИван.

— Но как мы попадем внутрь? — продолжала допытываться я, пытаясь разобраться в деталях нашего плана, если он вообще существовал.

— Подойдем к парадному входу и позвоним, — поддел меня Иван.

Лева глянул на друга с легким укором и вытащил из рюкзака знакомую, слегка подлатанную сеть:

— Мы с отцом решили: чего уж добру пропадать, немного поколдовали и создали плащ-невидимку. А внутрь нас дух-помощник проведет, — добавил он, с ласковой улыбкой указывая на возникшую прямо у него на ладони окутанную серебристым светом маленькую фигурку.

— Так это ж твой хомяк! — удивленно воззрился на «духа» Иван, узнав в нем жившего у Левы много лет назад питомца.

— Его, кажется, Баськой звали, — припомнила и я.

— Сириец, — определил Иван. — А я думал, он был джунгариком.

— Я тебе про вид не скажу, — пожал плечами Лева. — Но я так расстроился, когда его не стало, что отец уговорил доброго зверька далеко не уходить. Против Кощея Баське, конечно, не сдюжить, но в разведке он незаменим. И готов дать нам свой облик.

Ну вот опять! Не успела я еще обвыкнуться со своими ощущениями во время полета и болью от прорезающих плоть крыльев, теперь учись смотреть на мир монохромным близоруким зрением мелкого грызуна. Хорошо хоть Навь все равно богатством красок не отличалась. Хотя крыльев нашему духу не полагалось, цепкость маленьких лапок с коготками я оценила, особенно пока забиралась вверх (или все-таки вниз) по отвесной стене и с еле слышным цоканьем неслась вслед за Иваном и Левой по каким-то ржавым трубам.

Хорошо, что разум у нас оставался человеческим. Даже в нынешнем состоянии многие упаковки манили дивным запахом съестного. От банки с остатками сгущенки Леве пришлось меня силой оттаскивать. Если бы я залезла внутрь, так бы и сгинула в сладкой ловушке. Даже сил троих хомяков не хватило бы приподнять крышку. А ведь безалаберные любители пикников или дачники, разбрасывающие возле участка отходы, подчас даже не задумываются, сколько на их совести загубленных жизней.