Книга Предание о лисьих следах, страница 142 – Александра Рау

Покои оказались простыми, лишенными роскоши, к тому же маленькими; неудивительно, ведь этот этаж заселяла в основном прислуга. Кидо никогда не хвалился благородным происхождением, и расположение его покоев лишний раз подтверждало кротость и бескорыстность юного капитана.

– Что это было?

Он сел на край кровати, сложив руки перед собой, и голос его прозвучал тяжело, вопросом придавив меня к земле. Взгляд требовал ответа.

– О чем ты?

– Мне казалось, ты влюблен в другую принцессу.

По спине пробежали мурашки. Я так расслаблялся в компании капитана, поддаваясь дружеской атмосфере, что совсем забывал о лжи, служившей основой моего существования в замке. Забывал скрывать взгляды, намерения, чувства. Забывал, что он служил короне, а значит, в первую очередь представлял ее интересы.

– Кто я такой, чтобы любить ее?

– Прекрасный человек, – тут же отчеканил он. – Не упивающийся обожанием толпы и кровью захваченных земель.

– Ты и сам все знаешь. Я не мог ей отказать.

– Знаю, – подтвердил он. – Но Ариадна была разбита. Почему ты не пригласил ее хоть раз?

– А почему ты не пригласил Лэндона?

Кидо закашлялся. Глаза его забегали по комнате, точь-в-точь как у советника ночью, когда я застал его покидавшим спальню капитана. Он будто не мог подобрать слов, чтобы ответить на мой вопрос.

– О чем ты?

– Я видел, как ночью он уходил из твоих покоев.

Капитан протянул «а-а-а» и рассмеялся так громко, что мне стало не по себе; я не хотел обидеть его, но посчитал, что увиденное нельзя трактовать иначе… впрочем, сцена в таверне должна была намекнуть на несостоятельность моей догадки. Пытаясь отдышаться, Кидо кругами заходил по комнате, но каждый раз, когда его взгляд скользил по моему озадаченному лицу, он заходился новым приступом смеха.

– Мы друзья, Териат, – хлопая меня по плечу одной рукой, а другой держась за разболевшийся живот, объяснил он. – И всего-то.

– Не хотел тебя обидеть, – вместо извинений пробормотал я.

– Знаю, что со стороны не выглядит, будто мы особенно близки. Просто Лэндон… не очень умеет открываться людям.

Я понимающе кивнул; казалось, люди с самого рождения знали, что доверять чужакам опасно.

– И как же вышло, что он открылся тебе? – поинтересовался я.

– Он уже работал на какого-то герцога, когда я только приехал в Грею, а ведь он на два года младше! Я поразился его целеустремленности. Захотел подружиться. Он, конечно же, сразу дал мне понять, что его это не интересует, – усмехнулся Кидо, усаживаясь на стул. – Но не учел, что я куда более упертый, чем кажусь на первый взгляд. Сначала спросил отца и господина Айреда, но те не интересовались работниками такого рода, так что я выяснил о нем все, что было известно стражникам, кухаркам, служанкам герцога. – Капитан загибал пальцы, с удовольствием отчитываясь о проделанной работе. – Затем пошел с расспросами по городу. Он узнал и испугался, что я хочу лишить его работы. Тогда король только признал меня сыном, и, быть может, это было в моей власти. Я не стал ничего отрицать. Поставил условие: будет моим другом – останется на своей вшивой работенке.

Я с трудом представлял, как новообретенный наследник трона бегает по городу, расспрашивая всех о безродном подростке, выносящем ночные горшки одного из жителей замка. Еще более абсурдным образ делало то, что речь шла о Лэндоне – вечно надменном, серьезном, непоколебимом советнике, чьи мысли ныне внимательно выслушивали все, и даже король предпочитал его не перебивать.