Онлайн книга «Право на дом»
|
Он направился к краю пещеры, а Густаво подтолкнул меня, и я последовал за отцом. Тихо зашуршали лианы, оплетая мои ноги, руки, тело. Нарушение клятвы принесет мне боль? Я смотрел на драконов, что беспомощно лежали на дне пещеры. Ослабшие, худые. Последние из белых драконов в Таррвании, кроме Милинафа. Их глаза ярко светились в темноте. А к телу одного из драконов прижимались два фарффла. Внезапно пол в пещере затрещал, и тысячи корней рванули из камня, дробя его в крошку и опутывая драконов. Они застонали, заревели, плача и взывая к своему хозяину. – Нет, – прошептал я. – Нет! – Смотри внимательно, Винсент. Цена власти высока. Ты должен уметь принимать решения еще более безжалостные, чем сейчас. Такова твоя ноша – быть императором Таррвании. Они задыхались. Он убивал их медленно, мучительно. Бормотание некромантши стало громче, и я почувствовал, как мое сердце разрывается на части. – Отец, – всхлипнул я, отворачиваясь. – Прекратите! Молю, я больше не буду вам перечить, только прекратите! Это больно… больно! Император обнял меня за плечи, а затем резко потянул за волосы, заставляя смотреть. – Смотри внимательно, сын! Я сжал зубы. Пещера наполнилась стонами боли и ужаса. Драконы не понимали, почему хозяин молчит. Почему не спасает их. Почему предает. Страх и отчаяние. Ярость и боль. Все смешалось внутри, выжигая мое существо дотла. Не отдавая себе отчета в своих действиях, я потянулся к братьям и сестрам, наполняя сосуд. Сила потекла в меня бурной рекой, снимая оковы и печати. Освобождая. А затем произошло три вещи одновременно. Отец охнул и схватился за бок. Густаво пнул императора и бросился на него, метя кинжалом в шею. Путы на моем теле ослабли, и я мгновенно разорвал их. Мелькнул красным глазом упир. Раздался крик боли. Зашипела некромантша… Густаво прижимал к полу императора, навалившись на него всем телом. В одной руке он держал включенный упир. Но кинжал валялся далеко. – Винсент, дай его сюда! – крикнул начальник императорской стражи. – Винсент, ты позволишь убить меня? – тихо спросил отец. – Заткнись. – Густаво ударил отца два раза. Кровь залила его лицо, а с губ сорвался стон боли. – Столько лет я терпел твою тиранию. Творил бесчисленное количество мерзостей… Твоя смерть искупит мою вину. Я медленно подошел к кинжалу и поднял его. Лезвие сверкнуло, отражая голубоватый свет. Некромантша замерла между саркофагами, внимательно следя за моими движениями. Драконы кричали внизу. Невообразимая картина: отец повержен каким-то смертным. Во мне все сильнее крепла безумная, яростная мысль. Уничтожить. Убить за то, что он пытался сделать. Убить за то, что он уже сделал. Не оставить и памяти… Я посмотрел еще раз на лезвие, затем на отца и медленно проговорил: – Густаво, я сам это сделаю. Держи его. Сев на корточки перед ним, я приставил кинжал к его горлу. Забилась венка. Тяжело выдохнув, император Таррвании посмотрел мне прямо в глаза. – Ты не сможешь убить меня. Клятва… Я грустно рассмеялся. – Я химера. Тот, кто не должен существовать. Клятва больше не имеет силы надо мной. Ты сам сделал это, вызвав мою ярость. – Вонзи нож в его сердце, а затем перережь горло. Только так ты убьешь сильного дитто, – сказал Густаво. Я поднял кинжал, примеряясь. Лезвие отразило мое лицо. Искаженное гневом и яростью. Искаженное злобой… Лицо, как две капли воды похожее на лицо отца. |