Книга Падение Луны, страница 114 – Анхель Блэк

– Пропусти меня, и мы закончим бой, – сказала Мейбл, заставив себя выпрямиться через боль в ребрах.

– Вы нарываетесь, госпожа ведьма, – холодно процедила Паулина. Еще немного – и ее зрачки стали бы тонкими ниточками, как у змей.

– Надо же, я больше не мисс Салливан, – едко бросила Мейбл.

– Тот, кто, как баран, не видит главного, недостоин моего уважения.

– Уважение?! Там что-то происходит! Вы решили убить детей и его высочество! Ты думаешь, мне есть дело до твоего уважения?! – возмутилась Мейбл. – С дороги!

– Человеческий вид так слаб. Неизменно защищает тех, кто слабее, не видя, как они тащат его на дно, – прошипела Обриэн.

Мейбл не стала ничего говорить на этот выпад, она замахнулась клинком и понеслась в атаку, чтобы пробиться к особняку. Они снова схлестнулись в битве, окружая себя звоном стали. Над ними сгущались тучи, норовя прорваться остужающим дождем. Поднимался пронизывающий ветер. Возможно, становилось прохладнее, но Мейбл в пылу битвы не чувствовала холода, продолжая атаковать и уворачиваться.

В отчаянии Мейбл решила пойти на хитрость, только бы удалось проскочить мимо Паулины. Она выждала момент, схватила пригоршню рунных камешков из кармана поясной сумки и тут же швырнула в лицо мисс Обриэн. Та вскрикнула, закрывая глаза рукой, а в следующий миг, едва Мейбл шепнула заклинание, она закричала, отмахиваясь от дыма.

Мейбл успела заметить, как Паулина согнулась пополам, как ее всегда собранные в тугой пучок волосы неожиданно рассыпались по плечам и спине, но ей было не до разглядываний. Изначально Мейбл не хотела сильно ранить этим мисс Обриэн. Она даже не думала, что рунные камешки сработают на ней, ведь Паулина была человеком, правда ведь?

Правда?

Тем временем в особняке

Шерил казалось, что прошла вечность, прежде чем она осознала, что произошло, но на деле промелькнуло несколько секунд. Что-то влажное, теплое оросило каплями ее ноги, окрасило пятнистым подол платья и даже попало на лицо.

– Чад! – сорванным голосом вскрикнул Йохим.

Тело Чада перестало напоминать человеческое. Его руки и ноги удлинились, покрылись древесной корой и жгутами лиан, в черных волосах запутался клочьями мох, а из глазницы и виска проросли ветвистые деревца-рога. Несмотря на то что все тело Чада стало деревянным, словно сотканным из огрубевших лиан, оно не было крепче человеческого, и острое блестящее лезвие стрекозы увязло в его плече так глубоко, что рука только чудом осталась держаться на теле. Через густо и тесно сплетенные стебли сочилась темно-вишневая кровь. Она капала на пол частыми каплями, стекалась в крупные лужицы, заполняла щели между досками.

Шерил до болезненного вздоха задержала дыхание, а когда нашла силы выдохнуть, из ее горла вырвался сдавленный стон. Она поднесла руку к лицу, а затем с ужасом оглядела перепачканные кровью пальцы.

Чад застонал с ней в унисон, пошатнулся, но устоял и вцепился рукой в голову механического стража, оплетая лианами. Его древесное тело с неприятным хрустом заполняло пространство перед дверью, лианы-жгуты стелились по полу и крепко держали ноги второй стрекозы, задержав ее на ходу. Та дергалась вперед и назад, озадаченно расправляла и складывала обратно крылья, и гул механизма в ее грудной клетке попеременно сбивался с ритма.