Книга Начало, страница 46 – Анхель Блэк

– Это не стоит интереса, Мастер Грейден. Давайте я лучше расскажу вам про Теневаль, – снова улыбнулся Фергус так, что в уголках глаз собрались морщинки.

Грей проклял свой длинный язык и успел десять раз пожалеть о вопросе. Он не любил откровенные разговоры, не любил кому-то открываться и тем более без спросу лезть в душу, но сейчас буквально вывернул Греха наизнанку, и увиденное повергло его в шок. Не нужно было больше подробностей, слов и описаний. Грейден прекрасно знал, что собой представляли приюты во времена Инкурсии.

Они оставляли при себе на хороших рабочих местах только таких же конченых выродков, как Они сами. И эти самые люди относились ко всем остальным как к мусору. Тех, кто был не согласен с правилами Системы, пытался сопротивляться новым законам, – отправляли на Заводы, где люди работали, пока из них не выкачивали всю кровь вместе с душой. Пепел их останков, который выплевывали огромные проржавевшие трубы, все еще покрывал землю вокруг заброшенных Заводов, а пару лет назад он сыпался с небане переставая, подобно грязному снегу. Детей, оставшихся без родителей, распределяли в приюты, где правили насилие, жестокость и продажа любых капризов за деньги для богатых господ.

Что уж говорить о существах, которых держали там «на потеху».

Грейден снова невольно вернулся взглядом к запястьям Фергуса, заприметил уродливый шрам на горле, выглядывающий из-за ворота рубашки. В голове всплывали неприятные, отвратительные воспоминания, которые он так старательно заталкивал глубже все эти годы. Чай превратился в безвкусную массу, отдающую запахом лекарств, пропитавших кожу в далеком детстве.

«Только попробуй закричать или рассказать кому-то о нашем развлечении. Ты меня услышал?»

– Мастер? – голос Фергуса словно вырвал его из трясины.

Грейден широко распахнул глаза и глубоко вдохнул воздух. Он не знал, как сейчас выглядел, но заметил, как напряженно смотрел Грех на его судорожно стиснутые пальцы.

– Вы сейчас сломаете ручку чашки. Или собственные пальцы. Дышите глубже, я заварю вам еще чая.

Фергус изящно поднялся с кресла, склонился к нему осторожно, не задев даже прядью распущенных волос. Он протянул руку, коснулся пальцами кружки, стараясь не тронуть ладони, и Грей был безумно благодарен ему за это.

– Да. Спасибо.

Фергус улыбнулся изломанно, но молча взял кружку и отправился к медному чайнику. Воздух наполнился ароматом мяты и пряным запахом пустырника. Грейден не изменил позы, продолжая напряженно сидеть с выпрямленной спиной. Он старался смотреть на потрескивающее пламя в камине, чтобы абстрагироваться от той жуткой реальности, которая захватывала его изнутри. Воспоминания больно резали, становилось трудно дышать даже от малейшего фрагмента, и Грейден изо всех сил пытался выкинуть это из головы. Пальцы сжимались и разжимались на подлокотниках кресла, звуки вокруг стали приглушенными. Было паршиво поймать паническую атаку при Грехе, и Мастер очень старался взять себя в руки.

– Не стоило об этом говорить. – Фергус подошел неслышно.

Грейден нахмурился, поднял взгляд и плотнее сжал губы, чтобы не сказать ничего лишнего.

– Вот. Я заварил вам чай на травах. Знаете, я как-то в далекой молодости был знаком с травницей, и у нее были странные маленькие обряды, когда она что-либо готовила. Она считала,что при заваривании трав надо перемешать по десять раз против и по часовой стрелке. Медленно.