Книга Начало, страница 39 – Анхель Блэк

– Доброй ночи.

* * *

Фергусу хватило всего нескольких часов, чтобы понять проблему Мастера, и пары дней, чтобы решить ее так ненавязчиво, как он только мог.

С момента их встречи прошло несколько суток, и все это время небо точно сошло с ума, проливая на землю тонны воды. Дождь то лил ручьями, стекая по желобам ржавых водосточных труб водопадами и смывая всю грязь с улиц, то превращался в легкую морось, оседающую на плечах и волосах Грея хрустальными каплями.

К разговору на постоялом дворе они пока решили не возвращаться – обоим нужно было многое переварить, поэтому общались как ни в чем не бывало. Они передвигались от одного города до другого неторопливо, уничтожая демонов и темных тварей, и все эти дни Фергус нырял в ощущениях Мастера от одной крайности к другой.

Грейден ловко управлялся с тростью, трансформировавшейся в клинок, с любой бестией или Эссентом, чертил изгоняющие пентаграммы и двигался так ловко, быстро и гибко, что нельзя было сказать, что этот человек мог хромать или неловко заваливаться на бок, когда бедро и плечо особенно сильно простреливало огнем.

Он зажималтрость под мышкой так, словно она ему не нужна, вытирал покрытые слизью и кровью руки о чистый платок, а позже перед сном выливал янтарную жидкость из небольшого флакона в чашку, размешивал и выпивал залпом, морщась от горького привкуса. Фергус зачарованно смотрел на дернувшийся кадык, опускал взгляд ниже и видел судорожно стиснутые на трости пальцы.

Вечером все то, что Грей тщательно удалял на время сражений из своего организма, возвращалось с двойной силой, накрывало душным пологом и заставляло его горбиться, словно старика, под гнетом недуга.

Грех штопал собственную порванную рубашку, краем глаза следя, как Грей снова высыпал на стол оставшиеся пузырьки с пожелтевшими этикетками, перебрал их, а затем добавил в кружку содержимое сразу двух.

– Что? – мрачно спросил Грейден, заметив его взгляд.

– Ничего. Сделать вам горячий чай? – Фергус отложил шитье, перерезав нитку серебристыми ножницами, которыми до этого вспарывал брюхо демону.

Грей перекатил горечь эликсира на языке, устало оперся бедром о стол, но сделал это так непринужденно, что практически не казался подавленным болью. Он не хотел, чтобы это замечали другие, чтобы это замечал Фергус, и даже когда его пронзило острой болью от кончиков пальцев до правой стороны лица, не подал вида.

Он смотрел на сидящего перед ним Греха все так же недоверчиво, и в пролегших под глазами тенях, в перекошенной линии рта Фергус видел прогорклую усталость от всего того кошмара, который происходил. Грозовое небо темнело, зрачки под действием трав сужались до крошечных точек, черты лица обострялись от натяжения тонкой кожи на скулах. Грей боролся сам с собой. Лучше бы он пошел и сделал все сам, чем позволил помочь какому-то Греху, но дождь за окном лил не прекращая, и боль в его теле пульсировала в такт падающим с ночного неба каплям.

– Как хочешь. – Грейден неопределенно дернул здоровым плечом, с трудом оттолкнулся от столешницы и прошел тяжелой поступью к креслу.

Фергус подорвался с места так резко, что даже удивился такому количеству энергии внутри себя. Он старательно заварил чай так, чтобы он подошел человеку, подтащил столик к креслу Мастера и гордо поставил на него кружку со щербатым краем.