Книга Биврёст, страница 14 – Ирина Итиль

– Фенрир!

Руки обдало привычным холодом, печать вспыхнула и погасла. Лезвие поблекло, стало прозрачным, почти нематериальным, открывая врата в Утгард, мир мертвых. Мама говорила, что духовник становится ключом, и поэтому важно уметь не доводить бой до использования духа, чтобы не остаться без оружия. Огромный волк с хозяйкой на спине с трудом протиснулся в узкое окно и мягко спрыгнул вниз, оставляя после себя быстро тающий иней на траве. Отпустив волка, она вложила оружие в ножны, обогнула здание общежития, стараясь избегать открытых участков, и нос к носу столкнулась с Леер, Штейном, Джетом и Гином.

– Что вы здесь делаете?

– Группа поддержки, – Герд выразительно похлопала себя по бедру, где покоился ее духовник – хлыст с серебряной рукоятью.

– Но почему?

– Штейн настоял, – хихикнул Джет и получил подзатыльник.

– Ой, да заткнись! – Локи показалось, что он покраснел. – Я… не то чтобы волнуюсь… да хватит вам ржать! Просто…

– Ш-шш, – Герд закрыла ему рот ладонью и указала на дверь: поздняя проверка.

Когда все стихло, они, насколько позволяла нерасторопность Джета, прячась по мокрым кустам, пробрались к старой арене. Это был небольшой полуразрушенный амфитеатр всего на сотню зрителей. Посреди арены росло молодое деревце, упорно пробиваясь сквозь каменный пол. Локи видела в этом какой-то зловещий символизм. Иггдрасиль, выложенный по полу арены камнем, разрушен деревом живым.

Луна отражалась в большой луже у входа, но нога Штейна в тяжелом ботинке разбила ее на тысячи осколков.

– Ты опоздала.

Гиафа стоял на ступеньках амфитеатра, а яркий лунный свет разливался вокруг него, внушая странный трепет: только белки глаз сияли. Локи вышла на середину арены и подняла катары в приветственном жесте.

– Привела себе группу поддержки, Мелкая? – Гиафа медленно спустился вниз, не обращая внимания на бормочущую ругательства Леер.

– Мы пришли не трепаться, а биться, помнишь? – Локи приняла защитную стойку, закрывая лицо и грудь.

– Х-ммм, – протянул Кагерасу и положил руку на рукоять меча. – Мои условия ты, должно быть, уже знаешь, – короткий взгляд в сторону Герд. – Проигрываешь – убираешься из академии. Вместе со своими дружками.

– Что? – Штейн подскочил, но его сдержал Джет. – Так нечестно!

Локи почувствовала, как по хребту пробежала дрожь. Руки, словно плети, упали и повисли ненужным грузом.

– Я не согласна…

– Ты не можешь отказаться. Вызов принят.

– Но…

– Я знал, что ты жалкая слабачка. – Кагерасу убрал руку с меча и в притворном разочаровании коснулся пальцами лба. – Что ж, ты можешь поклясться Дому Гиафа в верности перед всеми, хотя не уверен, что такая, как ты, нам пригодится.

Локи скрипнула зубами от досады. Беспомощно обернувшись, она взглянула в лица приятелей. Леер растерянно прижала ладонь к губам, не зная, что сказать. Штейн отвел взор: для него вылететь из Биврёста значило поставить крест на всей жизни. Сжимая и разжимая кулаки и кусая губы, он качал головой, обмениваясь взглядами с Джетом.

– Если собралась драться – дерись, – спокойно сказал Гин, поправляя очки. – Соблюдай дуэльный кодекс. Докажи, что Ангейя не хуже Гиафы. – Он невозмутимо сел во второй ряд.

Лицо Леер прояснилось. Она схватила Джета за рукав и потянула в первый ряд.

– Не смей проигрывать, – буркнул Штейн, усаживаясь с Гином и сцепив руки за головой.