Онлайн книга «Пыльные перья»
|
Тогда она дернулась, вцепилась в его футболку, ледяные пальцы нашли дыры в ткани моментально, она прижималась к коже, к живому. – Марк… Вот черт. Мятежный выдохнул, он, если честно, сам не знал, что все это время задерживал дыхание – не спугнуть и не упустить. А и черт бы с ним, упустил – так ей и надо. Идиотка. Клиническая идиотка. Не надо. Саша дрожала всем телом, недотопленный котенок, всхлипывала жалобно и сорванно, прятала лицо у него на груди, и футболка в том месте была совсем мокрой. – Марк, я идти не могу. Мятежный усмехнулся криво, как-то побежденно, это то, что все они делали – Грин и она. Понятия не имели, но делали. Будто выигрывали его у темноты. Каждый раз. Понемногу. – Я тебя понесу, не скули только. Она замотала головой ожесточенно, забыв о прическе и о нелепых смешках, забыв кусаться, сжавшись до состояния белого комочка, пачкала ему руки золотой краской – и едва ли замечала хоть что-то. – Нет. Нет. Не хочу, чтобы все видели. Давай постоим, пока я не отойду. Мятежный вздохнул, уселся прямо на полу. – Мы с тобой не от испуга, так от пневмонии подохнем, надеюсь, ты рада? Саша жалась к нему, до сих пор хлюпала носом, и он молча старался запахнуть на них куртку. Пытаться уместить невместимое было проще. Все это было проще. Лишь бы не думать. И не вспоминать. Сашину неестественную позу, жутко распахнутый рот. А еще раньше – мелово-бледного, перепачканного в собственной крови Грина. Еще раньше – сестру, лицо белое, она кричала, бросала в него злые слова. Одно за другим. Сашин потеплевший нос ткнулся ему в шею, она все еще часто дышала, пытаясь успокоиться, и голос у нее звучал гнусаво, как у человека, который только что плакал: – Когда мы с тобой в последний раз вместе заболели, Валли грозилась сдать нас в настоящую больницу, лишь бы больше не видеть. Мы были омерзительны. Так что ура! Ура! Пневмония! Она была бесконечно усталой. Еле живой. Но на сто процентов здесь. Вот и хорошо. В зал они вернулись вместе, когда часы готовились бить полночь. Саше нравилось думать, что она идет сама, что это не направляющая рука Мятежного вокруг плеч и опора в виде него же рядом каким-то чудом удерживает ее в стоячем положении. Она куталась в его куртку молча, мерзла даже в зале, а мозг был благословенно ватным. События сливались в один большой комок, до которого Саше сейчас не было дела. Все эти лица, слова, мириады запахов, звучащая отовсюду любимая мелодия, чистая эйфория. Саша прикрывала глаза устало, опиралась на него сильнее, а когда случайно сунула руку в карман, обнаружила телефон и нож – как он сюда его протащил только? Ей стало стыдно, она торопливо вытащила руку из чужого кармана, бросила быстрый взгляд на Мятежного, но он ничего не заметил, продолжал с молчаливым упорством прокладывать путь через толпу. Саша сосредоточилась на том, чтобы идти. Еще один шаг, потом еще один, а следом еще. Вот так, замечательно. Куртка пахла Марком и сигаретами, в голове снова зазвенел голос Ивана, и боже, боже, ей так не хотелось сейчас об этом думать. Говорить с Иваном – это позволить солнцу держать тебя. Но ведь это невозможно. Не в этом мире. – Саша! Всё в порядке? – Голос Валли раздался совсем рядом, и от Саши требовалось титаническое усилие воли, чтобы что-то ответить, она терпеливо привела язык в состояние готовности, разомкнула губы. Начала перебирать в голове слова. Как же это сложно. За нее ответил Мятежный: |