Книга Песни хищных птиц, страница 185 – Рия Альв

– Я магию новую разучила, хозяйка, – сказала моя сестра, низко склоняясь.

Глаза хозяйки зло сузились.

– Ты его защитила. – В ее словах слышалось шипение ядовитой змеи.

– Шри-наа́ир разгневана будет, если он умрет.

Хозяйка ничего не ответила. Лишь еще раз зло посмотрела на нас и вышла, хлопнув дверью.

Как только мы остались одни, сестра качнулась в сторону, попробовала удержаться, но упала. Заклинание все еще сковывало меня, и я не смог ее поймать. Она снова спасла мне жизнь, но я не смог даже смягчить ее падение. У сестры из носа закапала кровь, так иногда случалось после использования магии.

«Пока слабо, но мы отработаем, – ее голос в моей голове звучал уверенно, – однако хозяйке не скажем».

Она говорила не только о своем перемещении, но и о моих тенях. Она чувствовала их шепот, но не могла различить смысла.

«Твои тени защитили тебя от нее. Они действовали против заклинания».

Сестра стерла свою кровь и принялась за мою рану. Магия, сковывавшая меня, постепенно развеивалась, но я все еще не мог подняться с пола. Сестра взглянула на меня. Ее глаза были как два злых языка пламени.

«Я улучшу свою магию и смогу перенести нас очень далеко отсюда. Верь мне. Нужно только придумать, как избавиться от колец. А с помощью этой новой магии я смогу оказаться рядом с тобой, где бы ты ни был. Даже если мы будем порознь».

Порознь. Это слово застряло в голове. Злое, темное, колючее чувство все еще сидело внутри меня. Если бы тогда тенью должна была стать хозяйка, я бы обратил ее. Если бы мне нужно было перерубить руку ей, я бы сделал это. Я бы убил ее.

Но сестра была не такой, она не должна была стать такой. Я должен был защитить ее, даже если ради этого мне самому придется обратиться в тень госпожи.

После этого хозяйка передала госпоже рассказ о том, что я забрал ее тени. Я ждал наказания, но госпожа осталась довольна.

Она отдала мне еще несколько таких теней. Они действительно теперь были мои. Они стали моей первой собственностью, и от этого было странно.

– Ты глаза им завязал. Это правильно. Глаза тому, кто слепо подчиняется, не нужны, – сказала госпожа, и в одном из сотен ее голосов звучала усмешка. – Они лишь марионетки.

Я кивнул. Но на самом деле мне просто не хотелось смотреть им в глаза. Мне было стыдно.

* * *

Еще одной приметой проходящего времени стало исчезновение того безмолвного наблюдателя, к которому я уже успел привыкнуть. Он не появлялся все дольше и дольше, так что в какой-то момент я подумал – он больше не придет никогда.

Конечно, ведь я чуть не обратил его в тень. Я причинил ему боль.

Я вспомнил, как недрэ смотрели на меня после убийства. Как теперь они обходили меня, боязливо отводили взгляды, хотя к сестре были все так же добры. Никто не останется рядом с тобой, когда ты принес ему муки. Поэтому место таких, как я, во тьме и одиночестве.

Когда мимо меня что-то пролетело, я вздрогнул. Нож рассек воздух рядом со мной и вонзился в одну из марионеток, заставив ее растаять.

Я обернулся, пытаясь понять, кто атаковал. Из темноты коридора снова смотрели желто-зеленые глаза. Я сделал шаг вперед, сам не зная зачем. Но тот, кто наблюдал за мной, юркнул во тьму и растворился в ней.

Если мне хотели отомстить, то зачем целились в марионетку? Ее не уничтожить так.

Я снова посмотрел на нож, лежавший на каменном полу. На его лезвие был насажен обрывок бумаги. Я оторвал ее и прочел: