Книга Эпоха крови и пурпурных слез, страница 27 – Эдди Кан

Азарт обуздал остатки страха от пережитого, заставляя активировать холодный разум.

– Вот как? А если бы на моем месте был Сон-Хо? – парировала Мирэ.

– Я бы помог ему.

– Но ведь между вами нет уговора. Значит ли это, что твой интерес помочь ему не поменялся бы?

– Но ведь и на парковке с Саджа столкнулся не он, а ты. Разве есть смысл выяснять это?

– Все-таки эгоист, – резюмировала Мирэ.

– Прозвучало осуждающе, – заметил Джин.

– Врать не буду – осуждение было заложено в мои слова. – Мирэ собрала испачканную марлю в пакет для отходов, после чего закинула в него и перчатки.

Поерзав на месте, Вон отряхнула брюки и выудила из сумки – спасибо Сон-Хо за то, что подобрал ее на парковке, – влажные салфетки. Вряд ли им было под силу отчистить с ткани кровь репортера, но Мирэ принялась усердно натирать свой пиджак, стараясь не думать о том, что прямота слов Джина ее задела. Придерживаясь правила во всем руководствоваться личными интересами, Мирэ не взяла в расчет, что и с ней могут поступить точно так же.

– Я помог не из корысти, – будто прочитав ее мысли, признался Джин.

Было в его голосе нечто такое, что заставило Мирэ повернуться к нему. Сонг смотрел в окно, изучая пеструю улицу и толпы людей вокруг. Свет от неоновых вывесок отражался на его лице, подчеркивая напряженное выражение.

– Это всего лишь моя работа, – теперь Сонг повернулся к Мирэ. – Защищать.

Мирэ открыла рот, но так и не придумала, что сказать. Наверняка Джин сводил суть к тому, что хранители должны беречь души невинных и тому подобное. Перенасытившись всем этим за вечер, Вон уже не придавала значения уровню абсурда, который окружил ее как смерч.

– Саджа мог забрать тебя, – продолжил Сонг, посмотрев на отколотый рог, лежащий рядом с ним как трофей. – Нельзя было этого допустить.

– Почему? – ляпнула Мирэ, только спустя время понимая, как глупо прозвучал вопрос.

В этот раз Джин не ответил, заставляя занервничать. Интерес настолько распирал Мирэ, что она уже собиралась растолкать интригана, но в этот момент дверь рядом с ней открылась и ей на ноги плюхнулся большой пакет, откуда выглядывали упаковки с лапшой, чипсами, острыми крылышками и прочим съестным…

– Вкусняшки! – довольно протянул Сон-Хо, глядя сверху вниз на недоумевающую Мирэ. – Острое и сладкое помогает справиться со стрессом, босс. – Спрятав за щекой чупа-чупс, Пак наклонился к пакету у Мирэ на коленях и вытащил оттуда упаковку с мандаринами в стекле. – Съешь, полегчает.

После увиденного на парковке Мирэ не могла думать о еде, перед глазами так и стояли разорванная грудная клетка и лужи крови… Образ Саджа въелся ей в память, и вряд ли удастся избавиться от него так скоро. Затолкав упаковку с десертом обратно в пакет, она столкнула его со своих колен на свободное место между собой и Джином, после чего отвернулась к окну и постаралась отвлечься от жутких воспоминаний на уличный пейзаж.

Седан плавно рассекал ночные улицы под ритмичную музыку, выбранную Сон-Хо. Глядя в окно, Мирэ не могла отделаться от ощущения, будто весь мир вокруг нее замер. Слишком многое успело произойти за день, одни только мысли о том, через что предстоит пройти завтра, вгоняли в ступор… Нужно было выяснить, что за вирус или вмешательство повредили базу данных аукционного дома, проверить съемку с камер видеонаблюдения рядом с Инджи, найти похитителя документов и постараться встретиться с Ханьюлом. Шумно вздохнув, Мирэ прижала руку к лицу, надеясь спрятаться за ладонью от всего мира. Сил больше не осталось, а из-за всего случившегося сна ей точно не видать.