Книга Саттия. Турнир двух лун, страница 32 – Юлия Макс

За те недели угрюмый библиотекарь так и не удосужился начать учебу или хотя бы объяснить мне природу радужной магии. Может, он и не знал, а может, нехотел, что вполне вероятно. В книгах о расе фениксов практически ничего не писали. Это выглядело странно. Раз они существовали, значит, и история должна быть, предания там всякие или легенды.

Сегодня лед в наших отношениях с библиотекарем наконец-то тронулся, потому что Брувз сам подошел ко мне.

– Идем со мной, – коротко бросил он, не обращая внимания на мой удивленный взгляд.

Я поднялась, со стоном выпрямила затекшие от сидения ноги и принялась наводить порядок, собирая книги в стопку.

– Оставь так.

Я молча повернулась и последовала за ним. Мы прошли в дальний конец коридора из книг, и библиотекарь, вынув одну из них со стеллажа, повернулся ко мне.

– Думаю, ты достойна узнать о своей магии, – серьезно смотря на меня, проворчал он хриплым голосом, будто говорить вслух ему непривычно.

Он что, две недели только присматривался ко мне? Обалдеть.

– И? – протянула я. – Будете учить меня?

– Да, если захочешь.

На что я пожала плечами. Да вот просто так таскаюсь в библиотеку со скуки. Академия трех миров была более чем странной. Я не понимала их систему обучения. На Земле: зачетки, экзамены, курсовые и еще куча всяких обязательных манипуляций. Здесь же никто никого не заставлял. Хочешь – учись. Не хочешь – не делай этого. Все добровольно. Как они потом брали таких выпускников на должности – я пока не понимала.

Мы зашли в огромную тайную комнату, которая появилась, когда он взял книгу со стеллажа.

– Садись. – Брувз показал на стул.

Чисто, все стены без окон, комната была полукруглой и заставленной книгами. Другими книгами. Старыми, почерневшими, будто их кто-то пытался сжечь. Я уняла любопытство, рассудив, что библиотекарь расскажет мне о них сам, раз привел сюда.

Брувз сел напротив, вперив в меня тяжелый взгляд. За столом сгустилось напряжение.

– Ты непонятна мне, – наконец произнес он, заставив мои губы дрогнуть в улыбке.

– Ну еще бы, – не смолчала я.

– Сила фениксов – радужная магия. Почему она в тебе? Ты ведь чистокровный человек из другого мира. А теперь к этой силе примешалось еще что-то более могущественное, чем то, что уже есть.

Я вздрогнула. Нет, он не может знать, но замечает многое. Надо быть осторожнее.

– Я не могу ответить.

– Слышал, что-то тебя выкинуло в твой мир во время битвы за Исталон, но тывернулась обратно. Почему? Разве тебе не мил твой дом?

– Это допрос? – не выдержала я, пока еще стараясь контролировать свою злость.

Он скрестил руки на груди и откинулся на спинку стула:

– Нет. Но мне необходимо услышать твой ответ. Вдруг в твоем мире ты натворила что-то ужасное.

Я фыркнула протестующе:

– На Земле у меня остались любящие родители и хорошая работа, но я больше не представляю свою жизнь без магии и друзей, которым я нужна так же, как и они нужны мне.

По лицу Брувза было трудно понять, поверил он или нет. Брувз поднялся со стула и, наклонившись ко мне, сказал:

– Хорошо, значит, я могу тебе доверять…

Он медленно ходил, касаясь пальцами корешков книг. Я молчала. Несмотря на тяжелый характер, библиотекарь мне нравился. Брувз не пытался казаться лучше, чем есть, и плевал на то, какое производит впечатление. Я уважала это. Брувз был настоящим, как и Аббадон. Усилием воли я заставила себя не думать о Первом вампире, а сосредоточиться на учебе.