Книга Иная Богемия, страница 61 – Юлия Макс

– Спасибо, – поблагодарила девушка из зала.

В аудитории послышались редкие хлопки, перешедшие в громкие аплодисменты. Карл присоединился, вызвав у Вильгельма едкий смешок.

– Что же до Анежки и Мартина, как вы знаете из рассказанной мной легенды, Мартин женился на травнице. Об Анежке или Агнессе Чешской, как ее вскоре стали звать, не слишком много сведений. Думаю, вы читали о святой Агнессе?

В аудитории шумно подтвердили, мол, да, читали.

– Генрих отказался от помолвки, вернувшись после охоты сразу в императорский дворец. Тогда руки принцессы попросил сам император Фридрих, его отец. Вацлав, который принял престол после Отакара II, дал согласие на брак сестры, но принцесса воспротивилась и заявила о намерении посвятить жизнь Богу. С тех пор и до нашего времени Агнесса оставила после себя яркий след в истории и несколько монастырей. Один из них находится в Праге. Очень советую заглянуть туда, кто еще там не был. Еще одной версией легенды является та, в которой принцесса Анежка – это дочь короля Вацлава I, а не его сестра. И правда, о судьбе этой принцессы рассказывает довольно мало исторических документов. Некоторые ученые также утверждали, что она ушла в монастырь, а после и вовсе поселилась одна и занялась врачеванием. Теоретически Анежка могла быть той самой травницей, на которой женился Мартин Вхинских.

Когда Анета замолчала и снова отпила воды, в зале поднялись еще несколько рук. Карл поймал себя на том, что следит за каждым ее движением, за каждым вздохом, словно очарованный. Он съехал ниже на кресле и сцепил руки в замок, раздраженный внезапным открытием. Вильгельм прожег его взглядом, но ничего не сказал.

– Пожалуйста, еще только два вопроса, – обезоруживающе и немного устало попросила Кинских.

– Лошади Кинских. Как вывели эту породу?

Анета переступила с ноги на ногу. Карл вообще не понимал, как она могла стоять прямо на таком высоком каблуке. Ее обувь выглядела как пыточное орудие.

– Опять же благодаря Мартину Вхинских. Это случилось, когда его посвятили в рыцари, и еще до того, как он встретил свою травницу. Король вместе с рыцарским титулом подарил ему с десяток коней. Мартин оказался таким себе коневодом, и животные чахли в конюшне. Как-то ночью он патрулировал лес возле королевского замка и заметил вдалеке огонь. Осторожно приблизился. Возле костра сидели наемники, тихо переговариваясь. Рядом стояла клетка с птицей, на хвосте которой танцевало пламя. Волшебная птица предложила ему три своих пера в обмен на то, что Мартин ее освободит. Так и случилось. Когда удивительное существо улетало, Мартин, стоя возле избитых наемников, сжимал три светящихся пера и кричал в небо:

– Что мне с ними делать?

– Погладь лошадей, – донесся ответ.

На следующий день он не узнал свою конюшню. Золотые красавцы гарцевали в стойлах. Их шкура необычного песочно-золотого окраса притягивала взгляд. Так и появилась редкая и, безусловно, дорогая порода лошадей Кинских. Многие историки сошлись во мнении, что на нашем гербе изображено три пера, а не клыка, как дань легенде о жар-птице, которая исполнила желание Мартина. Сейчас породу называют «богемское четвероногое золото», поскольку всего «Кинских» лошадей не более тысячи.

Анета разрешила задать последний вопрос. Карл не сводил с нее глаз, отчего Вильгельм ерзал на сиденье и постоянно комментировал ее рассказ. Кинских раздражала и Люксембургского. Все в ней казалось ему слишком: слишком гордая, в то же время слишком легкомысленная – подумать только, она украла его корону! – слишком яркая внешность. И эти ее глаза… Точно яркая весенняя зелень на Петршинском холме.