Книга Иная Богемия, страница 158 – Юлия Макс

– Ты как? – обеспокоенно спросил друг, трогая его лоб холодными пальцами.

– Все в порядке. Сейчас умоюсь и можем ехать.

– Карл, нам нужно вернуться. Твоя рана выглядит скверно.

– Все в порядке, – твердо повторил Карл, пресекая попытки друга и дальше говорить про его ранение. – Когда доберемся до Рима, я пополню стражу.

Солнце ослепляло, делая горы лишь очертаниями, мрачными потусторонними тенями, случайно забредшими на бренную землю. Пот заливал глаза, и Карл постоянно вытирал лоб, но латы снимать не рискнул. Рана под повязкой тянула ноющей болью, заставляя тело дрожать от напряжения.

Узкая тропа вилась среди гор, все время уходя вверх. Отряд шел цепочкой, один за другим. Вильгельм ехал впереди, то и дело оглядываясь. На привале Карл приказал собрать трав и сделать отвар. Мать еще маленьким его научила, как позаботиться о себе, если рядом не окажется нянь и слуг, а хворь завладеет телом. Обезболивающее горячей волной прокатилось по внутренностям, снимая ломоту, жар и усталость. Хмурый Вильгельм осторожно перевязал рану, а когда закончил, то показал Карлу бинты, пропитанные желтым гноем.

– Копье было отравлено. Тебе нужно к лекарю.

– Я знаю, – отмахнулся Карл. – Сегодня останемся в горной хижине: судя по карте, до нее где-то час пути, а на рассвете доберемся без привалов до самого Рима.

Так они и сделали. Ночью Карл бредил, ему казалось, что над ним склонился Вильгельм, гладил его по щеке и шептал, что дал бы свою кровь, но опасается, что тогда святая земля Ватикана может не пустить Карла к Папе. Злым, еле слышным голосом друг обещал подарить ему здоровье, молодость и неуязвимость, так необходимые будущему императору.

Следующий день, чтобы не думать о ранении и боли, которую оно вызывало, Карл поделился планами:

– Я пишу законник, золотую буллу[58], которая станет первым полным юридическим документом Империи. Благодаря ей Чехия будет поставлена в исключительное положение: никто не сможет вмешиваться в престолонаследие при прекращении династии, князья других стран не смогут приобретать земли Богемии. Упраздню наследственные должности при дворе, а власть я распределю среди верных мне семи курфюрстов.

Они добрались, и Вильгельм, проследив, чтобы охрана Карла пополнилась еще десятком воинов, наотрез отказался нанести визит Его Святейшеству, ссылаясь на срочные дела в Риме. Карл спокойно отпустил его, хотя был бы рад присутствию Вильгельма подле себя в такой важный момент. Рану осмотрел местный лекарь и выдал тот же обезболивающий отвар в пузырьках, пообещав изготовить противоядие как можно скорее.

Папа Римский специально прибыл из своей резиденции в Авиньоне, чтобы помазать освященным елеем его голову и сердце. Многие не знали, но именно это действие и превратило его в императора, а не торжественное возложение короны на голову.

Свита уже ждала в Риме, обеспечивая Карлу торжественный въезд в сердце католической веры. Получив аудиенцию и обсудив само действо, он покинул священные стены. Выйдя за пределы Ватикана, Карл наткнулся на поджидающего его Вильгельма. Друг облегченно выдохнул и лукаво спросил:

– Можно поздравлять?

– Да, но не сейчас. Это было первое одобрение и дозволение официально короноваться в Латеранском соборе Рима.

– Когда?

– Сегодня, едва наступит ночь. Это лишь формальность – все необходимые документы у меня уже подписаны. Проведем обряд и отправимся в обратный путь.