Книга Иная Богемия, страница 119 – Юлия Макс

Энн перелистнула страницу, рассматривая новый сюжет, новую жизнь. На листе возлюбленная графа стояла в проходе костела, а возле алтаря находился Йозеф и женская фигура с наброшенной фатой, которая скрывала ее лицо. Кинских разочарованно вздохнула и стала смотреть дальше.

Граф с новоиспеченной женой в аптеке. Графиню Йозеф изобразил резкими темными линиями, и Энн будто ощутила, что она сильна и жестока. Графиня стояла возле стеллажа с банками, а граф возле прилавка, напротив него – девушка-аптекарь. Даже сквозь рисунок ощущалась страсть, сквозящая в их взглядах, обращенных друг на друга, и в том, как они стояли: две фигуры как две половины одного целого.

Следующие страницы повествовали о том, что Йозеф сделал выбор. Четкими линиями выступали лес, люди с мушкетами и влколаки, защищающиеся от нападения. Себя он изобразил стоящим на стороне зверей.

Такие же сцены следовали в Праге. На улицах столицы прошла бойня, Энн догадывалась, что подозреваемых невинных людей со звериной сущностью ловили в городе, где они пытались скрываться среди толпы. Род Кинских чинил расправу, которой Йозеф пытался помешать. Девушка-аптекарь часто появлялась на следующих страницах. Идущая к аптеке или из нее. У Энн создалось впечатление, что Йозеф следил за любимой. Сюжет иллюстраций повторялся несколько раз, но тогда-то и стало заметно отличие. Живот девушки начал округляться от рисунка к рисунку. Она ждала дитя. Пролистывая журнал, Кинских хмурилась. Безусловно, любовь Йозефа и девушки с влколачьей кровью – интересная деталь, но не стоит того, чтобы настолько осторожно прятать этот журнал. Лишь на последних листах, наконец, нашлось то, что Энн искала: рисунок рассказывал о том, что Кинских увез девушку с новорожденным из Праги. Последней шла страница, на которой был изображен городок у озера среди гор. Девушка с уже подросшим сыном стояли, держась за руки, а за их спинами, охраняя, высились бесчисленные влколаки с оскаленными пастями.

Именно последняя иллюстрация являлась самой важной. Местонахождение влколаков. Если она отыщет то самое место, найдет и подобных себе.

Горы и озеро он изобразил схематично, но, присмотревшись, Энн исключила Чехию целиком. Чем дольше она рассматривала рисунок, тем больше недоступных на первый взгляд мелочей подмечала. Она развернула картинку – на влколаках была лишь густая шкура, и вроде больше ничего примечательного, но один из них выступал вперед, что доказывало догадки Энн о стае и вожаке. Девушка-аптекарь в платье, а вот на рубашке ее сына можно было разглядеть приколотый цветок. Эдельвейс.

Кинских, уверенная, что это Альпы, начала искать в интернете деревушки с подобным расположением пиков. Она «гуглила» фото с озерами Австрии и Германии, но без толку. Тогда Энн снова обратилась к рисунку, достала из рабочего стола лупу и внимательно осмотрела каждый сантиметр журнального листа предка. За девушкой обнаружился далекий шпиль костела с необычным крестом наверху. Еще одна зацепка, хотя костел мог сто раз разрушиться, или его переместили в другое место.

Упрямо мотнув головой и отбросив мысль о том, что она вряд ли найдет спрятанную среди гор деревушку, Энн взяла телефон. Сфотографировав рисунок, загрузила его в поисковик, надеясь найти место по изображению. Однако это ничего не дало: то ли из-за силуэтов влколаков, то ли из-за карандашной штриховки.