Книга Дахштайн, страница 84 – Юлия Макс

Печатка на руке Грегора служила не только символом принадлежности, она помогала определить скрытое. Точнее, артефакт сжимал палец, когда поблизости появлялось зло. Кольцо было украшено гербом, который составил сам Ниотинский: перевернутые папские ключи символизировали мощь Святой Церкви; а змеи, переплетенные с теми ключами, – Дьявола в его хтонической ипостаси, зло, которое человек должен в себе преодолеть.

Орден разрастался по всему миру, в него входили ученые, историки, культурные деятели, но наибольший процент составляли воины-охотники, такие же убийцы, как и сам кардинал.

Стоит добавить, что теперь Орден переживал не лучшие времена. Развитие науки и технологий, которые Церковь тормозила и притесняла веками из-за страха потерять власть, получило доселе небывалый размах. Оставшиеся существа научились прятаться, мимикрировать и приспосабливаться к новому миру намного лучше самого кардинала и его детища. Грегор постоянно искал новые способы их обнаружения.

В Contra Malum служили целые династии, но все чаще Ниотинский ловил себя на мысли о том, что Ордену нужны перемены. Свежая кровь. Энтузиасты. Сам он таковым себя уже давно не считал. Веками изучая ночные кошмары человечества, Грегор понимал, что и он, возможно, является одним из порождений тьмы, а не света. Никогда кардинал не встречал людей, похожих на него, живущих столетиями. Навряд ли именно Ниотинскому Бог даровал бы почти вечную жизнь. Почти. Будь он истинным праведником, он ничего бы не чувствовал к Лилит. Его единственная слабость, его проклятье.

– Ваше Преосвященство? – окликнул задумавшегося на пороге дома кардинала его хранитель.

Ниотинский тряхнул головой и решительно шагнул внутрь Дома Фауста. Печатка снова сжалась на пальце, едва он переступил порог, но глава Ордена только поморщился. Это произошло во второй раз, и Грегор пришел к выводу, что ушлый доктор каким-то образом наделил дом собственной злой волей.

Кардинал цепким взглядом прошелся по стенам в гостиной, разбитым зеркалам и старинной софе. На ней валялось скомканное белье и несколько деталей гардероба мальчишки.

«Из-за чего же ты так поспешно сбежал? Что она тебе внушила?» – размышлял Грегор, машинально массируя бровь указательным пальцем.

Дэн

После ухода девушки снова стало не по себе.

«Что я здесь делаю? Как долго смогу прятаться?» – панически думал я.

Моих финансов хватало примерно на пару недель оплаты жилья в «Дахштайне». Я сел на деревянную скамью, покрытую шкурой, и сгорбился. Мысли кружили в голове роем мошкары. Вполне возможно, тело Элишки уже обнаружили. Я лишил ее жизни. Несмотря на сговор с Орденом и попытку принести меня в жертву, она не заслужила такой участи. Паника поднялась волной тошноты от желудка к горлу.

Что подумал Фил? Что мне делать дальше? Горы напротив ничего не ответили, все так же безразлично возвышаясь надо мной. Я чувствовал острую необходимость переключиться – стресс и паника улягутся, если обращу внимание на что-то другое.

Я выглянул в холл. В этот момент Мистер Рот проводил пару, встреченную за завтраком, странным взглядом, в котором мне почудился голод. Притаившись за поворотом, я немного высунул голову, чтобы видеть стойку. В холле возле нее остались только Лилиана и Вильгельм.