Книга Дахштайн, страница 151 – Юлия Макс

– Довольно! – я искренне смеялся.

– Что забыл ты в храме Божьем?

– Здесь Бога нет. По крайней мере, в данный момент, – я запрыгнул на алтарь и, поерзав, почти лег на него, облокотившись на деревянную подставку для Святого Писания.

Падре, трясясь, взял в руки крест, висевший на шее, и снова начал шептать на латыни формулу изгнания, которую учили на кафедре экзорцизма при Ватикане.

– Не утруждайтесь. Это так не работает, – махнул я рукой и доверительно добавил: – Я не совсем демон.

– Кресты дрожат, когда ты проходишь мимо церкви, а значит – демон! – крестясь, выпалил падре.

– Как мало вы знаете о демонах, падре, а еще учите других. Нехорошо, – издевательски поцокал языком.

Адреналин переполнял вены, грохот в ушах заглушал все остальные звуки. Я чувствовал напряжение и боль в мышцах.

– Восстановите скамью, на которой сижу каждый день, и забудем о вашей выходке.

Я поднялся с алтаря и мгновенно подлетел к священнику. Нужно было заканчивать, тело горело и жгло невыносимо, мне хотелось завыть. Я схватил падре рукой за горло, ладонь обожгло, будто сунул руку в костер и тут же отдернул.

– Я никогда не потерплю такую мерзость, как ты, рядом с домом божьим! – выплюнул мне в лицо пожилой священник.

Это стало последними словами падре. Зарычав, как бешеный пес, я схватил его за голову и поставил большие пальцы на глаза. Падре трепыхался, как антилопа, когда ей вцепился в горло ягуар: зная, что умрет, и ведомая животным ужасом. Он бил руками по моим плечам и лицу, но что мог сделать старик против такого существа, как я? Мои пальцы давили и давили, пока в глазницах уже мертвого священника не осталось ничего. Бросив того на пол, пошатываясь от боли, я кое-как вышел из церкви. Напоследок кинул взгляд в зал: ничто там не указывало на мое присутствие. Лишь легкий едва заметный грязновато-желтый осадок на гладком дереве пола. Сера. Ну и черт с ней. Оставлю дверь открытой, ветер унесет все за ночь.

Я встал недалеко от порога и задрал голову, глубоко вдыхая морозный альпийский воздух. Звезды мерцали на ясном небе, и на эту красоту, казалось, я мог смотреть вечность. Тело приходило в норму после церкви, язвы на руках понемногу затягивались.

– Ну и где твой Бог, а? – зло спросил я мертвого падре, обернувшись в сторону церкви, но никто мне не ответил.

Убийство не принесло экстаза, как это бывало в отеле. Святоша уничтожил для меня этот пик. Теперь я не смогу здесь появляться, потому что нового падре, присланного на место покойного, также заинтересует моя не совсем человеческая сущность.

Я запрокинул голову и смотрел в бесконечное звездное небо, думая о том, что хотел бы быть свободным. Свободным от Лилит и Фера Люция. Рыжая хороша, очень, и то, что мы делали с постояльцами, было сладким десертом, но, кажется, я уже большой мальчик и способен самостоятельно выбирать блюда.

Я поднял руку, чтобы почесать место за ухом, и нащупал демоническую печать. Она вернулась.

За пять дней до этого. Лилит

Отель «Дахштайн» изначально торчал из-под земли заброшенной хижиной шахтеров, которые добывали белый кристаллический минерал. Обросший мхом, заваленный на одну сторону, он напоминал клык доисторического монстра. Спустя одну жизнь местного распорядителя землей он стал моим. Отстроенный и идеально зловещий. Весь фокус был в соли. Открыв врата, Повелитель мог сколько угодно держать их таковыми, никто бы не обнаружил внешних проявлений. Соль впитывала влияние сверхъестественных существ, не давая аномалиям выйти на поверхность. Святоши пытались нас найти, но дорогу к отелю мог увидеть только грешник. Не знаю, как Фер Люций провернул это, но после постройки здания вымерла целая горная деревня.