Книга Дахштайн, страница 134 – Юлия Макс

Подойдя к дверям Дома Фауста, Ниотинский заметил в окнах приглушенный свет. Кардинал предположил, что Элишка и Филипп уже внутри. Он подал знак рукой, и хранители остались снаружи, а он поспешил войти.

Молодая ведьма как раз плюхнулась на софу у входа, держа в руках небольшую стеклянную банку. В ней темнела засушенная трава, взглянув на которую Грегор скривился, примерно представляя по очертаниям, что там за гербарий.

Филипп был застигнут в тот момент, когда ползал на коленях по полу. Грегор заметил одну странность, которая сразу бросилась в глаза. Руки парня были скрыты тонкими кожаными перчатками. В пальцах правой руки что-то блеснуло, когда Фил обернулся на звук шагов.

– Что ты делаешь? – резко спросил Ниотинский.

У него уже появились догадки, но хотелось бы услышать подтверждение от друга Дэниэля. Фил потер бровь, похлопал себя по карманам, словно по привычке. Однако кардинал заметил, что Митсон в этот момент положил в один из них крест с серьги Дэна.

– Ищу тайник Фауста, естественно, – сарказм в голосе Филиппа можно было разливать по бутылкам и продавать как специи к разговорам.

«Ну, естественно. Так дом сразу его и откроет», – насмешливо подумал Грегор. Он приблизился и навис над Филиппом. Губы Ниотинского растянулись в жесткой усмешке.

– С чего ты решил, что Дэн не забрал с собой его содержимое?

Фил замялся, но ответил:

– Там есть вещь, которую он бы не взял впопыхах.

– То есть дневник и гримуары Фауста тебя не интересуют, но нужно что-то другое? Что это? – потребовал ответа кардинал.

Грегор специально выводил мальчишку из себя, надеясь, что тот в сердцах сболтнет хоть что-то стоящее. Митсон встал, сжав руки в кулаки.

– Найду – объясню, – огрызнулся парень. – Это не угрожает жизни потомка и никак не поможет в его поисках.

На последних словах он запнулся и покраснел. Стиснутые челюсти выдавали напряжение.

«Либо врет, либо мучится чувством вины», – подумал Ниотинский, стервятником рассматривая Фила. Его пальцы мелко подрагивали, поэтому Грегор скрестил руки на груди.

– Можно я уже объясню, зачем мы здесь? – встряла Элишка, помахав рукой с софы, чтобы привлечь внимание.

Филипп и Грегор перестали обмениваться злыми взглядами, повернувшись к девушке.

– На третьем этаже есть комната с кругом призыва.

– Нет! – сразу отрезал Ниотинский.

Чернова вскочила с софы, оставив на ней банку. Глаза ведьмы сверкали, рот был приоткрыт так, что видны зубы. Она нервно и быстро прокручивала широкое кольцо на указательном пальце.

– Выслушайте меня! – ведьма топнула ногой от возмущения. – Призыв – только второй вариант, но у меня есть и первый. Я войду в круг. При себе я храню волосы потомка, его личные вещи и средства для того, чтобы погрузиться в транс. Я смогу увидеть если не Дэна, то хотя бы место, где он находится.

Она подняла банку с софы и потрясла содержимым.

– Если у вас нет других предложений, я пошла скручивать косяк.

Все для себя решив и успокоившись, ведьма ухмыльнулась и, подмигнув Филу, направилась в кухню. Ниотинский промолчал, но отправился следом за ней. Если бы девчонка знала, что он сделал с Дженой, с ее темпераментом, выцарапала бы ему глаза.

– Что там у тебя?

Элишка отвинтила металлическую крышку и высыпала содержимое на разделочную доску.

– Аманита, каннабис и спинулум[45]? – Грегор поморщился.