Книга Ледяная ночь. 31 история для жутких вечеров, страница 106 – Саша Гран, Анна Щучкина, Евгения Липницкая, и др.

Сигмунд решил подарить девушке кусочек себя – благодаря Трехлетней Зиме он мог отрезать любую свою часть и оставаться в живых. Правда, за это была своя плата, древнее божество никогда не делает ничего просто так. Сначала Сигмунд хотел вырезать у себя сердце, но потом счел жест чересчур банальным. Сколько поэтов отдавали свое сердце возлюбленным, пусть и не буквально, но разве какой-то поэт ровня викингу? Поэтому Сигмунд решил подарить Инге свою голову.

Легенда гласит, что на краю скалы фермер самолично нанес удар топором по своей шее, поднял отсеченную голову и положил ее под дверь дома Инги. А касаемо платы Трехлетней Зиме – для того чтобы оставаться в живых, Сигмунду нужно было до Нового года принести жертву. Голову за голову, так гласила легенда.

С тех пор многие робкие скандинавы, знакомые с этой историей, дарят возлюбленным символичный череп Сигмунда, таким образом признаваясь в любви, ведь настоящий викинг говорит не словами, он говорит своими поступками.

4

По дороге домой Ваня думал об услышанном мифе. Больше всего ему не давала покоя вторая часть, которую Игорь рассказал в самом конце. Лучше бы он ее упустил. По словам коллеги, с недавнего времени в скандинавских странах укрепилась одна городская легенда, связанная с черепом Сигмунда, даже не легенда, скорее местная страшилка. В ней говорилось, что когда кто-то забывает про подарок Тайного Санты, перед ним появляется черная коробка, которую ни в коем случае не стоит брать.

А еще говорят, что коробку подкидывает сама Трехлетняя Зима: мол, ей стало скучно, что больше никто не готов на великие подвиги. Внутри лежит настоящий череп Сигмунда, и тот, кто его подарит, должен до Нового года принести в дар древнему божеству голову, иначе его собственная покинет родимое тело.

Ваня никогда не верил в подобные городские легенды: у каждого народа их было с лихвой, но скандинавы, казалось, переплюнули всех. Конечно, ему не давал покоя вопрос, откуда взялся таинственный подарок, но он был уверен, этому есть рациональное объяснение. Когда он ложился спать, шея предательски ныла, и он уже пожалел, что пошел с Игорем в бар, видимо, так на него влияли эти страшилки.

Ночью ему снился прекрасный сон: он был у алтаря в церкви, рядом с Лизой, одетой в чудесное свадебное платье. А затем Ваня увидел их детей, таких красивых толстячков, личики они унаследовали от матери, а вот лишний вес – уже от него. Их сразу же можно было брать в модели, которые рекламируют бодипозитивный образ мысли: «Люби себя таким, какой ты есть». Но потом сон стал рушиться, обрываться на таком приятном моменте, ведь на кровать Вани кто-то присел.

Сначала он не хотел открывать глаза, некое дурное предчувствие закралось ему в душу, но потом до него дотронулись. Глаза Вани тут же открылись, и его охватил неподдельный ужас, который был так силен, что его тело онемело, словно принадлежало безвольной кукле. Он больше не мог им управлять, все, что ему оставалось, – смотреть, как завороженному, на жуткую фигуру, восседающую на кровати.

Это был голый, худой, грязный мужчина без головы. Его мерзкое тело сидело прямо на новых, только сегодня постеленных простынях. К жуткому зрелищу на кровати Вани добавлялся еще и запах гниения. Он исходил от фигуры, будто пришедшей из ада, и медленно и неотвратимо заполнял собой комнату, смешиваясь с запахом чистого белья и свежего воздуха. Безголовый поднял указательный палец, словно хотел что-то показать, а затем неторопливо, с какой-то зловещей задумчивостью, опустил его в свою шею. В том месте, где должна была находиться голова, зияла жуткая влажная расщелина, напоминающая жерло вулкана, в котором вместо лавы бурлила человеческая кровь, темная и густая.