Книга Фонарь Джека. 31 история для темных вечеров, страница 131 – Александра Рау, Анна Щучкина, Анхель Блэк, и др.

– Что вы делаете? – ужаснулся Велегост, видя, как камни градом обрушиваются на бедного птенца, не способного от них ни улететь, ни заслониться.

– Как думаешь, купец, какое слабое место есть у любой матери? – Колдун с явным удовлетворением прислушивался к сначала истошным, а потом все более слабым крикам птенца. – Держи, – сунул он потрясенному Велегосту сосуд, который обычно использовали для сбора дождевой воды. – Она скоро вернется. Надеюсь, тебе не придется даже покидать палубу. У тебя очень хороший корабль и умелая ватага.

Проклятья замерли на устах Велегоста, когда небо заслонили гигантские крылья. Все, что рассказывали про птицу Могол бывалые моряки, оказалось правдой. Размеры ее поражали воображение. Рядом с ней могучий ворон выглядел ничтожным, как трясогузка. В когтях великанша несла пойманного где-то на далеких берегах слона.

Однако едва она увидела, что произошло с ее детенышем, то выпустила добычу и принялась кружить над скалой, оглашая окрестности горестными стенаниями. Из глаз ее, будто водопад, полились слезы.

– Собирай, что застыл! – прикрикнул на Велегоста колдун и покачнулся. Из посоха его лился серый свет и погружал корабль в дымку. – Я не смогу бесконечно долго поддерживать морок. Надо успеть убраться отсюда до того, как она нас заметит.

Все внутри Велегоста переворачивалось от сострадания к птенцу и отвращения к себе и колдуну. Но когда птица в очередной раз пролетела над кораблем, послушно подставил сосуд, собирая слезы.

– Слава Преисподней! – возликовал колдун. – Наконец я получил то, чего не мог добыть в течение многих лет. Теперь ты мне не нужен!

– А как же наш уговор? Ты же обещал помочь Радонеге! – в ужасе вскрикнул Велегост. И тут же вспомнил: он так спешно собрался в путь, что не взял с пришельца даже честного слова.

– Вообще-то, я ничего не обещал, – рассмеялся колдун. – Но ты прав. Твоя жена молода и хороша собой. Я, пожалуй, верну ее к жизни, и она сумеет скрасить мне скуку обратного пути. А ты останешься здесь.

Он потянулся, чтобы выхватить из рук Велегоста сосуд со слезами птицы Могол, но тот увернулся и с негодованием выплеснул содержимое прямо в лицо колдуну.

– Что ты наделал, проклятый смертный?! – завопил тот, корчась от боли.

Кожа слезала с его лица вместе с плотью, кости рассыпались прахом, точно от едкой кислоты. И нескольких мгновений не прошло, как от колдуна не осталось ничего, кроме волшебного посоха.

Велегост успел подхватить его и удержать, хотя ноша легла в ладонь тяжестью, с которой не могло сравниться самое неподатливое прави́ло. Но он привык в решительные моменты действовать, а не рассуждать. А сейчас купец стремился любой ценой увести корабль от проклятого острова и вернуться домой.

– Поворачиваем назад! – скомандовал он матросам, и те повиновались, работая веслами, передвигая прави́ла и перекладывая по ветру паруса.

Сам Велегост держал посох – тот все еще делал корабль невидимым для кружившей над островом птицы Могол. Когда же опасность миновала и остров исчез позади в тумане, Велегост спустился в каюту и направил колдовской посох на любимую жену.

– Радонега, вставай! – потребовал он, удивляясь, почему такая мысль не пришла в его голову раньше.

Зачем он столько времени слушался растаявшего, как мартовский снег, колдуна? Тем более что заклятье подействовало.