Книга Искусственные ужасы, страница 4 – Борис Хантаев, Ольга Кочешева

Она взяла фотографию и снова внимательно всмотрелась в неё. Было в ней что-то странное, притягательное и в то же время мрачное. Аня перевернула снимок и увидела номер.

Захотелось побольше узнать о Богдане. Там, в парке, её охватили противоречивые чувства. Она вспомнила, как по спине прошлись мурашки и сердце застучало быстро-быстро, а потом внутри что-то ёкнуло, и ей нестерпимо захотелось выяснить: кто он такой?

Через приложение Viber она узнала его фамилию, а через «ВКонтакте» нашла творческую группу. Богдан, к её удивлению, тоже оказался художником. Его работы заполняли всю ленту: демоны со сверкающими глазами, монстры, прячущиеся в ночи, чудовища с разинутыми пастями – прямо книга мёртвых, а не группа в соцсети. Во всём этом мраке встречались вполне достойные портреты разных людей. Она давно рисовала и могла сразу определить: у Богдана был свой стиль, пусть мрачный, зато уникальный. Фото, которое он ей дал, вполне подходило его рисовке, и странно, что парень не взялся за эту работу сам. Или всё-таки взялся? Аня решила, что, возможно, за этим что-то кроется, но поток её мыслей прервал звонкий и напористый голос тёти:

– Пришло время фоток, моя девочка! Сайт знакомств не может долго ждать.

Она не стала спорить: ей нужно было отвлечься от чёрно-белой фотографии и от мыслей о Богдане.

Аня усадила тётю в самый светлый угол и, отойдя, направила нанеё камеру телефона, которая моментально сфокусировалась на цели.

– Улыбнитесь, тётя Света, – скомандовала она.

Стоило Ане нажать на кнопку, как комната внезапно погрузилась во тьму. И только экран телефона ярко светился.

Она посмотрела на экран лишь на секунду и увидела нечто жуткое: у тёти не было глаз, только ужасные чёрные впадины. Аня вскрикнула и выронила телефон из мгновенно вспотевшей ладони. Тётя Света тут же подбежала к племяннице.

– Что с тобой, родная? – с тревогой спросила она.

– Всё хорошо, только не смотри в телефон. – Шаря рукой по полу, Аня пыталась нащупать гаджет. Она боялась посмотреть и зажмурила глаза, а когда открыла, поняла, что снова стало светло, а на экране высветилась фотография тёти, даже не размытая от резкого движения.

– Ты чего-то испугалась, Анечка?

– Меня напугал свет, слишком резко погас.

– Но свет не гас, – покачала головой тётя Света. В её глазах отражалась смесь беспокойства и недоверия.

Аня ощутила смятение, словно беспорядочные вихри мыслей заполнили её разум. Она постаралась утихомирить тревожное сердце, убедить себя, что всё это лишь плод её воображения. Но глубоко внутри она понимала, что ей не показалось.

* * *

Длинные тёмные коридоры манили, постепенно погружая во мрак. Аня не чувствовала совершенно ничего: ни звуков, ни запахов, ни даже собственного тела. Разум подводил её, внимание рассеивалось. А впереди не было ничего, кроме темноты. Но Аня шла… нет, не шла – она была настолько невесома, что не касалась ногами пола, и при этом остановиться не могла. Ей даже казалось, что чем дальше она двигается, тем уже становятся коридоры. И она бы продолжала и дальше плыть по течению, но вдруг что-то коснулось её руки. Аня резко обернулась и увидела сбоку проход, из которого исходил тусклый свет.

Подчиняясь беззвучному зову, Аня направилась туда. Там едва ли было светлее, но сам проход расширился, а горящие факелы, расположенные по левой стороне, позволяли видеть, как по каменной кладке, перебирая маленькими лапками, текут пауки. Аня никогда их не боялась, но именно эти заставили её содрогнуться. Она прибавила шагу, чтобы миновать, как ей казалось, бесконечный тоннель и найти выход. Но его и близко не было. Из одного пространства Аня попадала в другое, такое же тусклое. А ей хотелось света и воздуха.