Книга В холод, страница 78 – Нелл Уайт-Смит

Подойдя вплотную, я сжал и разжал кулаки. К этому моменту я полностью осознавал, что личность мертвеца мне известна. Прекрасно известна, и я никогда не осмелился бы предположить, что узнаю об этой смерти вот так. Сегодня. Найду ее тело в цветах черных искателей. Этой гордой женщине не место среди них. Она всю жизнь работала на крупные предприятия. Она подняла на пики идущего мира не один их флаг.

Она легко вошла бы в состав Объединенной экспедиции. Да, я готов пойти плечом к плечу на приступ Белой Тишины с той, на чье мертвое тело я смотрел. И я хотел. Но ее кандидатуру «Бурые Ключи» отмели сразу и жестко, не объяснив причин. Даже сделать запрос запретили, и вот — вот и все. Безымянная экспедиция и бессмысленная смерть на самых подступах к величайшему открытию этого века. Этого мира.

Обойдя труп, я убедился в своих догадках со всей точностью. Ее звали Варьянн. Мой брат называл ее Варьянн, хотя полное имя у нее раза в три, если не в четыре длиннее. Ее брак с моим братом длился почти шесть лет. Тихий, но красивый роман двух равных. Расстались из-за новой возлюбленной брата. Женщины, чью огненную красоту отчаянно и страстно полюбил я сам. Из-за женщины с багровыми волосами. Танцовщицы с огнем. Воплощением страсти. Яркости.

Я тяжело выдохнул и позволил себе осознать смерть Варьянн. Смерть еще одной талантливой исследовательницы. Женщины, влюбленной в холод, в горы, в соревнование с новой степенью невозможного. Родной мне души. Родной, как мой брат, как многие другие, кто так и не вернулся домой, если у нас вообще был дом. Кто навсегда остался там, куда манило их сердце.

Но случившегося уже не изменить. Ее смерть здесь вызывала вопросы, и найти ответы — часть моего собственного пути. Моей собственной безопасности. Я не хотел бы умереть потем же причинам, что и она.

Наклонившись к телу Варьянн, я посмотрел на хронометр и узнал, что она умерла в шесть тридцать утра четыре года и семь месяцев назад. Именно эту дату и это время показывал механизм, остановившийся, когда ее тело остыло. Я как раз готовился к Объединенной экспедиции, даже не пытался узнать, где она и чем занимается. После их развода с братом ее судьба меня особенно не волновала: я послушал бы, заведи кто-то разговор, но не более. Я думал, и для нее история эта закрыта, оставлена в прошлом.

Я признавал ее талант и смелость, опыт. Но она для меня оставалась просто еще одной восходительницей и исследовательницей из тех, с кем я мог бы пойти в экспедицию. Все же мы знали друг друга достаточно, чтобы я понимал — она не имела никаких связей с черными искателями. Такая, как она, не оказалась бы здесь по собственной воле. Кто-то или что-то заставило ее. И кто знает, не ждет ли эта причина меня впереди. Затаилась и смотрит. Сохраняет опасность. Подстерегает.

Как же я встретил ее здесь, в бесцветной экипировке, в одиночестве?

Я посмотрел на ее руки. Кожа на них оголена. Странно, но при отеке мозга бывают и менее логичные поступки, чем снятие варежек на ледяном ветру. В руках она держала небольшой кейс, похожий внешне на портсигар или несессер для таблеток. В подобных мы держали письма родным на случай нашей смерти. В них бумага не отсыреет.

Я взял кейс без колебаний, отметив что пальцы Варьянн не отморожены. Она достала письмо, чувствуя приближение конца. Дальше я открыл ее рюкзак и разобрал вещи внутри. Еды у нее хватало. Достаточно воды. И большой блок присадок.