Книга «Килл-сити»-блюз, страница 127 – Ричард Кэдри

Нефеш предостерегающе поднимает палец.

— Ты не посвящал мне свою жизнь. Ты давным-давно потерял своё призвание и прятался от меня в своих книгах. А потом написал ту самую книгу. Грешник, грешник.

— Ты злишься на меня, что я перевёл какую-то книгу? — спрашивает Травен. — Но именно из-за твоей двуличности мне пришлось сделать это. Тебе не нужно отрекаться от меня. Я отрекаюсь от тебя.

Нефеш лениво затягивается «Проклятием».

— Слишком поздно, священник. Я это сделал первым. Я снова победил.

— Признай, довольно забавно, когда задумываешься об этом. Парень, достаточно могущественный, чтобы управлять Вселенной, и достаточно коварный, чтобы обмануть Ангра, оказывается пляжным мальчиком в дренажной канаве. Это должно заставить тебя хоть немного улыбнуться,— говорю я.

Травен смотрит на меня. Его лицо посерело. От него отхлынула кровь.

— Ты уже видел подобные ужасы раньше. Я же их видел только в своих худших кошмарах. Не вижу юмора в этой ситуации.

Бриджит обнимает Травена за плечи и ведёт прочь от бассейна.

— Этот человек не принесёт тебе удовлетворения. Повернись к нему спиной, — говорит она.

— У нас есть душа, у Старка и у меня? — выкрикивает Кэнди.

Нефеш смотрит на неё так, будто раньше даже не замечал её. Я оттаскиваю её, указывая на него пальцем.

— Не вздумай отвечать.

Я тащу Кэнди к стене.

— Взгляни на этого клоуна. Тебе действительно важно, что он говорит? Это знание что-то изменит в том, что мы будем делать завтра или послезавтра? Забудь этот вопрос. Забудь его. Давай просто заберём Шар Номер 8 и уйдём отсюда.

— Итак, тебе нужен Комрама Ом Йа, — говорит он. — Зачем?

— Я запускаю собственный магический номер. Знаешь, как Дуг Хеннинг[124], но будет больше обезглавливаний, и музыка получше.

— Не груби мне, сынок. Я могу в секунду исчезнуть, а ты объясняй своим друзьям, как впустую потратил их время и, судя по всему, их кровь.

— Я хочу использовать его против Ангра. И чтобы поиметь Аэлиту. Даже если я не смогу разобраться, как им пользоваться, то не позволить ей обладать им — уже хоть какое-то удовлетворение. Знаешь, где он?

Он кивает.

— Конечно. Я видел, как она его прятала. Представляешь, как я был шокирован, когда увидел, как эта чокнутая сучка входит в моё убежище с единственной вещью во Вселенной, способной убить меня.

— Где он?

— Не уверен, что скажу. Ты не самый надёжный персонаж на планете.

— А сам-то? Не скажешь мне, тогда скажи священнику.

— Зачем? Он даже больше не священник.

— Однажды священник — навсегда священник. Как бы тебе ни хотелось вдаваться в тонкости, это означает, что он сентиментальный духовный тип. Может, он и злится на отца-призрака, но в глубине души по-прежнему любит его и не хочет видеть, как тот умрёт. Скажи Отцу, и он окажется тем, кто получит Шар Номер 8 и будет иметь решающее слово в том, что с ним делать.

— Откуда мне знать, что ты не отберёшь его у него?

— Не обо мне тебе нужно беспокоиться. Не спускай глаз вон с того Робота Робби[125].

Мы оба смотрим на Делона. Он делает шаг к бассейну, будто не расслышалнас правильно.

— Мне было любопытно, почему ты шаришься здесь с одной из этих штуковин.

— Почему бы тебе самому не спросить?

— Вы говорите обо мне? — спрашивает Делон.

Нефеш смотрит на меня.

— Оно ведь даже не знает?

— Не имеет ни малейшего понятия.