Книга Рассвет, страница 183 – Дэниел Краус, Джордж Эндрю Ромеро

– Я убежала.

– Из Кей-Си?

Она помотала головой.

– В другую сторону.

– От чего ты бежишь?

От ободранного черепа Фредди Моргана, от забытой печали Конана Моргана.

– Городок под названием Балк, – сказала она. – Примерно в шестидесяти километрах к северу.

– И мы встретились здесь, на Перекрестке дьявола? Это похоже на столкновение двух машин в пустыне. – Он присвистнул. – У тебя есть имя?

– А у тебя?

Парень щелчком пальца приподнял поля своей фетровой шляпы.

– Мистер Арахис.

Грир нахмурилась. Он рассмеялся и протянул ей банку обратно. Она прикинула, как делает любая девушка, прежде чем приблизиться к мужчине на расстояние вытянутой руки, и решила рискнуть. Подошла и выхватила банку, но не раньше, чем почувствовала его запах. И сморщила нос, прежде чем успела подумать о вежливости. От парня несло пивом. Жидкость в банке из-под супа была не водой, и чехол от гитары, на котором он сидел, тоже пустым не был.

– Ты пьян, – обвиняюще бросила она.

– О да. Я работаю над этим.

– Ты знаешь, как это глупо? Когда вокруг такие твари? И еще орешь песни?

– Ору. Черт. Давненько я не получал плохой отзыв.

– Да, я понимаю. Ты играешь на гитаре. Видимо, это значит, что ты можешь быть пьяным и счастливым, в то время как остальные едва сводят концы с концами.

– Вот почему я выбрал это место. – Он обвел руками поля вокруг, и пауза в музыке словно стала вздохом этого одинокого мира. – Я решил, что лучшее место, где можно спрятаться, – у всех на виду. Ты уже сказала, как тебя зовут?

– Грир. А кто ты?

– Доброе утро, Грир. Я КК.

– КК? Как ККК?

– Совершенно верно. Я на две трети принадлежу к ККК. Теперь, когда ты знаешь страшную правду, я должен сообщить, что у меня есть очень-очень веская причина для того, чтобы напиться. Когда расскажу, ты скажешь себе: «Мисс Грир, КК заслужил свое пиво, и с этого момента я буду относиться к нему намного дружелюбнее».

– Сомневаюсь.

Он нажал на лад и придал сцене настроение мотивом фламенко.

– Вроде день прошел или чуть больше с тех пор, как началась вся эта заварушка, и где же в итоге оказался этот парень? На пивоварне «Уотерфолл» в Уэст-Боттомсе. Возможно, ты поддашься соблазну подумать, что я пришел туда специально, чтобы выпить. Прощаю тебя за эти мысли, мисс Грир, но это неверно. Я только что потерял Талла, черт возьми. – Он сильно дернул струны гитары, зазвучал печальный блюз. Грир, возможно, рассмеялась бы, если бы глаза парня не потускнели от боли. – Честно говоря, я даже не знал, что это пивоварня. Там, в переулке, была дверь, куда они, видимо, загружали бочки, и тут – раз! – мистер Король-Мьюз оказался в окружении огромных бочек с пивом.

– Король-Мьюз? Это твое настоящее имя?

Мьюз уже затерялся в своем мире, рассказывая историю по правилам грустной песни.

– Пиво никогда не было моим коньком, понимаешь? Бурбон – вот это дело, я даже не особо привередлив. Проводишь ночи, распевая песни за ужином, голос срывается, и немного виски помогает. Итак, я подвинул несколько коробок к двери, начал искать бутылку – даже не вздумай косо смотреть – и услышал тихий звук, неприятный звук. А в звуках уж Кинг-Конг понимает.

– Кинг-Конг? Сколько у тебя имен?

– Ты когда-нибудь пинала машину, чтобы оставить вмятину? Тебе знаком этот металлический треск? Это был такой звук: один негромкий удар, потом два, потом три. Так вот, Талл был любителем пива. Мы проехали вместе пятнадцать миллионов километров, и, клянусь, восемь миллионов из них он только о солодовом экстракте и привкусе и болтал. Я обычно говорил: «Эй, чел, нам нужен один из тех лимузинов, где я смогу заткнуть тебя перегородкой». В любом случае кое-что о ферментации я узнал. Ты знаешь о ферментации, мисс Грир?