Книга Шрам: Красное Море, страница 22 – Сим Симович

Рено поднимался навстречу, автомат на плече, бинокль на шее.

— Как там? — спросил он.

— Тихо. Два ложных контакта. Рыбаки.

— Ясно. Иди отдыхай.

Пьер кивнул, спустился на палубу. Там чуть прохладнее. Ветер дул слабо, но хоть что-то. Он прошёл к борту, сел на ящик. Достал флягу, допил остатки тёплой воды. Отвратительно. Но надо.

Трэвис сидел рядом, жевал жвачку, пялился на море.

— Как смена?

— Нормально. Скучно.

— Лучше скучно, чем весело, — сказал Трэвис, усмехнувшись. — Веселье здесь означает кто-то стреляет.

— Верно.

Они сидели молча. Море шумело, судно качало слегка. Вдалеке французский катер маневрировал, проверял что-то. Экипаж на танкере справа менял вахту — моряки переговаривались, один махал руками.

Пьер закрыл глаза. Усталость навалилась. Не физическая — та терпимая. Ментальная. От постоянного напряжения, от ожидания, от того, что каждый контакт может стать последним. В легионе было так же. В Зоне тоже. Привычка.

— Эй, француз, — окликнул Трэвис.

Пьер открыл глаза.

— Что?

— Ты когда-нибудь думаешь, что всё это хуйня? Сидим тут, жаримся на солнце, охраняем корабли с китайским ширпотребом. За сто тысяч баксов. А где-нибудь владелец корабля лежит на яхте с шлюхами и коктейлями.

Пьер пожал плечами.

— Всегда так. Мы инструменты. Они деньги. Это жизнь.

— Ты не злишься?

— Зачем? Я согласился. Никтоне заставлял.

Трэвис задумался, кивнул.

— Справедливо.

Рация зашипела:

— Пост два, доклад.

— Пост два, чисто.

— Пост три?

— Пост три, чисто.

— Пост четыре?

— Пост четыре, новый контакт. Сектор один-восемь-ноль, дистанция шесть миль. Движется быстро. Проверяем.

Пьер насторожился. Быстро. Не рыбаки. Он встал, подошёл к борту, достал бинокль. Посмотрел в указанном направлении. Ничего ещё не видно.

Прошло две минуты. Рация:

— Французский катер запрашивает контакт. Идут на перехват.

Значит, военные тоже заметили. Пьер смотрел в бинокль. Катер развернулся, пошёл в сторону контакта. Скорость увеличилась, белый след пены вытянулся.

Ещё минута.

— Контакт идентифицирован. Скиф, три человека на борту, оружие визуально не подтверждено. Французский катер перехватил, остановил. Проверка.

Скиф. Маленькая быстроходная лодка. Любимое средство пиратов. Но без оружия — может, просто местные.

Пьер ждал. Трэвис встал рядом, тоже смотрел в сторону катера. Молчали.

— Контакт чист. Рыбаки. Отпустили. Возвращаются.

Выдох. Трэвис расслабился.

— Бля, я уж думал, сейчас начнётся.

— Рано, — сказал Пьер. — Мы ещё близко к военным. Пираты не идиоты. Подождут, пока катер уйдёт.

— А когда он уйдёт?

— Через два часа. В середине пролива.

— Тогда там и начнётся.

— Может быть.

Пьер вернулся на ящик, сел. Время шло. Ещё час до следующей смены. Он достал сухпаёк — печенье, сыр, консервы. Поел без аппетита. Запил из новой фляги — вода холодная, принесли из рубки. Лучше.

Рация продолжала шипеть. Доклады, проверки, контакты. Всё чисто, всё чисто, всё чисто. Монотонно. Убаюкивает. Но нельзя расслабляться.

Французский катер развернулся, пошёл обратно к конвою. Занял позицию впереди. Ещё час, и он уйдёт. А дальше ЧВК сами. Двенадцать человек на трёх судах против всего, что может вылезти из Сомали или Йемена.

Пьер закурил. Затянулся, выдохнул дым. Ветер подхватил, унёс в сторону. Жара не спадала. Солнце двигалось к западу, но всё ещё жарило.