Книга Группа Грифон. Дебют, страница 76 – Артур Невский

А я и сам себя спросил об этом. И тут же пришел ответ, часть его была нерациональной, а часть — рациональной. Нерациональная часть (хотя, впрочем, кто я, чтобы сейчас раздавать своим версиям отметки о рациональности?) говорила мне, что не так уж и далеко я от российской границы, и при желании проследить мой путь до Оулу — как нечего делать. Слишком близко, слишком очевидно, слишком легко. Достать меня тут сейчас — проще простого. Финляндия не в НАТО, и я уж не знаю, какие у них там с русскими договоренности, но спецслужбысебя тут явно будут чувствовать фривольнее, чем во Франции.

Это нерациональный страх.

Рациональный же был гораздо хуже, и я знал, что он не даст мне покоя еще долго. Заключался он в том, что я был только в самом начале своего пути, и даже представить не мог, во что ввязался, и с какой стороны мне может еще грозить опасность.

Но я решил, что я боец. Значит, буду разбираться. И прорываться.

Я быстро собрал вещи. Включил телефон и компьютер — с телефона отправил сообщение Виктору. Олегу пока рано. Зашел в Слак — ничего нового. Через сорок минут выписался из отеля, вежливо поблагодарив персонал.

Уже в аэропорту купил билет до Хельсинки. Рюкзак сдал в багаж — с мультитулом в салон меня бы не пустили, и кто его знает, что еще туда Виктор мог запихнуть — я до сих пор не успел нормально перебрать все свои вещи.

В Хельсинки я получил багаж, вышел в зал прибытий, вышел на улицу, и тут же вернулся через другую дверь в зал отлетов.

Подошел к табло с рейсами: до ближайшего на Париж ждать было полдня. Проверил онлайн — билетов не было. Подошел к стойке авиакомпании, которая обслуживала рейс — тот же результат.

Что же, значит, меняем планы. Мне нужно было как можно скорее улететь из Финляндии и где-то перегруппироваться. Кроме того, было бы очень неплохо получить отметку в паспорт о легальном пересечении границы с Евросоюзом, если я хочу тут пробыть какое-то время. Значит, мне нужно было куда-то, где, во-первых, не будут проверять, как я сейчас оказался в Финляндии, во-вторых — куда не нужна виза, а за пару сотен евро вообще на все глаза закроют.

Я знал такую страну.

Билет на ближайший рейс тоже нашелся.

Прошел контроль со своим российским паспортом, снова сдал рюкзак в багаж.

Уже перед гейтами на посадку мне попался на глаза среднего роста мужчина лет сорока, прилично одетый, с газетой подмышкой и бутылкой воды в руке. Почему-то мне показалось, что мы с ним уже виделись. Тогда я подумал, что мы вместе заходили в зону отлета.

И только в салоне самолета я понял, что впервые увидел я его в зоне прилета.

Мы летели в Стамбул, и я изо всех сил надеялся, что не увижу его снова, когда мы приземлимся.

интерлюдия: хелли

Кирк был в светло-голубом костюме, выглаженной рубашке с расстегнутой верхней пуговицей, золотой цепочке, с бережно подровненной барбером из Ruffians трехдневной щетиной, пил флэт-уайт с корицей, и, казалось, был совершенно не обеспокоен тем, что в их группе мог быть крот, причем никто не понимал, как его идентифицировать.

На Хелли была черная толстовка и тренировочные брюки из серого флиса, ее волосы были спутаны и небрежно прикрыты темно-зеленого цвета бейсболкой с изображением двух перекрещенных томагавков, она пила крепкий черный кофе без сахара, чтобы хоть как-то оклематься от бессонной ночи, проведенной в попытках понять, через кого же могла произойти утечка информации, и испытывала неприятное ощущение от того, что делала за Кирка его работу.