Книга Группа Грифон. Дебют, страница 41 – Артур Невский

Увы, я пока не нашелся, что ответить ему по существу. Сейчас было непонятно, какие риски несет за собой каждый из моих рабочих контактов. Я не хотел опуститься в пучину подозрений всех и вся, но здравый смысл подсказывал, что доверять там можно явно не всем, а уж в моей ситуации вообще лучше всего было не делиться никакой информацией ни с кем. Тем не менее, совсем терять связь с командой, конечно, тоже было нельзя. Если я хотел понять, что происходит, разумеется. Алекса я бы подозревал в самую последнюю очередь, поэтому я ответил ему нейтрально, и в то же время ничего не сказал о том, чем я планировал заниматься или что я обо всем этом думаю.

Доживу — обсудим лично.

Теперь — самое главное. У меня было несколько вариантов на тему того, как выбраться из страны, где я внезапно стал очень нужен разным серьезным людям, и почти все они вмиг просчитывались наперед. Конечно, если ничего другого не останется — придется воспользоватьсяодним из них, но буквально вчера вечером мне пришел в голову еще один — внезапно воплотился из обрывков воспоминаний и одного хорошего знакомства. И только сейчас нашлось время им заняться.

Только бы не было поздно.

В новом окне браузера я зашел на сайт под названием ‘Russian Explorer Geek’ — открылся простой стильный сайт с атмосферной фотографией зимнего леса во весь экран и надписью: “Научно-популярные туры по всему миру”. Прошел на вкладку “экспедиции”. Сверился с датами.

Покачал головой и улыбнулся.

Все таки иногда мне везет.

Взял телефон, написал и отправил короткое смс. Через минуту пришел ответ:

“Ого, Антон, я смс уже лет пять как не получал! Да, выезжаем в это воскресенье. Трое ребят-ученых и нас четверо путешественников. Надо уточнить, давай напишу организаторам, отвечу.”

“Олег, огонь, спасибо. Скажи, что я готов переплатить, если что. Очень хочется присоединиться.”

“Добро, напишу смс, аха.”

Я улыбнулся.

— Виктор! Готов, пойдем.

Когда мы вышли из поселка, налетел ветер. Виктору в его толстенном военно-морском свитере (видели знаменитую портретную фотографию Хемингуэя, такую, в темных тонах, где он смотрит куда-то вдаль, мимо объектива камеры? Вот, очень похоже) было все нипочем, а Спайк заприметил ужа, который пересек нам дорогу, и умчался куда-то в открытое поле выслеживать его — тут тоже не до оценки погоды, как вы понимаете. Мне же стало как-то зябко — моя куртка классифицировалась как зимняя, к ней претензий не было, но я был без шапки и без перчаток, да еще в сапогах на тонкий носок — и мартовские загородные плюс пять как-то поумерили мой пыл. Пока Виктор окликал спаниеля — тот, видимо, уже предвкушал схватку с опасным противником и никак не желал оставлять преследование, — мое настроение резко поменялось, и я подумал о том, в какое опасное предприятие ввязался. И ладно — опасное, так ведь я планировал еще усугубить свое положение. Каковы шансы на успех? Есть ли у меня основания полагать, что они вообще есть?

Почему я решил, что у меня хватит на все это сил?

И как только я уделил свое внимание этим мыслям, в следующий же миг понял, что произошло. И так, дорогой Антон, — мысленно сказал я себе, — ты начал познавать природу человеческих сомнений. Сомнений, которые, если их подкармливать, становятся страхами,что удерживают огромное количество людей — каждого второго, каждого… почти каждого? — от того, чтобы поступать сообразно их природе. Так, как нужно.