Книга Группа Грифон. Дебют, страница 121 – Артур Невский

— Тут у меня есть несколько соображений, которыми могу поделиться, — тон Виктора стал более деловым, — но алгоритма действий тебе ни я, ни кто-то другой предоставить не сможет, увы. Придется тебе самому, исходя из ситуации, просчитывать каждый следующий шаг. Во-первых, пусть тебя недооценивают, но не настолько, чтобы тебе не доверять. Задавай вопросы, пусть даже глупые, уточняй, говори, что ты на это не подписывался, и не хочешь никому навредить. Но дурачком прикидываться не надо — с дурачками не считаются. Во-вторых, будь максимально наблюдательным. Не торопись с выводами, фиксируй всю информацию, которая тебе доступна. Поначалу будет невозможно понять, что важно, а что нет, но многое из того, что сейчас кажется незначительным, тебе еще пригодится. В-третьих, и это, пожалуй, самое важное — ты должен быть на максимуме своих ментальных, эмоциональных, и физических возможностей. Тебе нужно много сил, много энергии,много мотивации. Вставай рано утром, занимайся спортом, придерживайся режима, не трать время попусту. Учись.

Я вздохнул.

— Спасибо, — сказал я, наконец.

Легче сказать, чем сделать, конечно, но Виктор был прав. Я сам по опыту прекрасно знал, что стоит только допустить слабину, проспать будильник, отменить или перенести первое дело, назначенное на день, или просто не позавтракать вовремя — и все, весь остальной день будет ощущаться, как попытка догнать убежавшее вперед время, сил ни на что не будет, а мотивации работать над чем-то сложнее обыденной рутины уже не сыскать.

Когда ставка повышается, и на кону моя жизнь, то быстро понимаешь, как опасно оказываться в таком состоянии.

Только вот в чем дело…

На кону ведь не только моя жизнь.

— Виктор, — сказал я встревоженно, — мне… намекали на то, что мои друзья тоже не в безопасности. Как ты думаешь… Или… Ты…

Я не мог подобрать слова. Ну что за ничтожество — как объяснять, в чем нуждаюсь я, так у меня словарный запас и темп речи Екатерины Шульман.

Как позаботиться о других — так опускаюсь до уровня гостя столицы, который продает специи для плова на рынке в Люблино.

— Антош, — уверенный тон Виктора как всегда успокаивал, — спасибо тебе, но ты не беспокойся. И не такое видали, поверь. Они тебе будут и дальше говорить, что они за всеми следят, и что всех поймают и накажут. У них подход такой. Будь осторожен, продолжай все делать грамотно, не дерзи, но и не паникуй. Гни свою линию, отрабатывай источники информации, которые тебе доступны — подумай, возможно, что-то еще появится, не замыкайся на чем-то одном.

Я не хотел держать Виктора на связи слишком долго, но все равно задал еще несколько волновавших меня вопросов. Насчет слежки со стороны западных спецслужб у него было похожее мнение — аккуратно, лишних следов не оставлять, но и не скрываться.

Насчет романа Джона ле Карре, который мне вручил Соломон, он только посмеялся.

— Ну так почитай на досуге, раз он тебе ее дал, — сказал он. — Можешь прямо на Набережной Альберта устроиться, напротив здания МИ-6!

У меня было еще с десяток вопросов, но пора было прощаться. Напоследок, однако, я не выдержал, и упомянул то, что не выходило у меня из головы: что Соломон намекнул, будто он что-то знал о смерти моих родителей.

Виктор мгновеннопосерьезнел.

— Антон, — сказал он сухо, совсем другим тоном. — Ты точно ничего не перепутал?