Книга Крик в темноте, страница 95 – Оливия Нортвуд

Прежде чем войти, детективы и агент Уайтхолл надели защитные костюмы и маски. Но запах, вытекший из помещения как осязаемая, густая субстанция, мгновенно проник и под костюмы, и под маски, намертво приклеившись к коже.

– Черт, – выдохнул Джеймс. – Сколько он здесь пролежал?..

– Детективы. – Хэмптон поднял на них взгляд, улыбнулся и махнул рукой. – Потрясающе интересный случай. Взгляните.

Грейс следом за Джеймсом подошла ближе. Уайтхолл не торопился приближаться к телу. Посмотрев на него, Грейс поняла, что он больше теоретик, чем практик. Лезть в сознание чудовищ, вскрывать и препарировать их мозг, предугадывать, бесконечно анализировать, понимать мотивы и рассматривать фотографии жертв не то же самое, что видеть тело, больше недели пролежавшее в теплом, влажном помещении. Он выглядел растерянным, внутри его шло целое сражение. Педантичный Уайтхолл, казалось, пытался договориться с собой. Он боялся вымараться, боялся не справиться и составить компанию Эмме снаружи. Грейс не хотелось его смущать. Она отвернулась и взглянула на тело.

– Вам повезло. – Перед детективами возник Арчи Морган и протянул им пластиковый пакет, в котором лежали водительские права жертвы. – Перед вами Мэттью Реймонд.

Детективы переглянулись. Имя жертвы оказалось им знакомо. Все утро они просматривали список Уайтхолла. Бывший студент Вашингтонского университета, фотограф и журналист Мэттью Реймонд был среди «Вашингтонских псов». Но он едва ли походил на соблазнительного опасного красавца с фотографии. На снимке у Мэттью был взгляд с поволокой, кривая ухмылка и чувственные губы, волнистые каштановые волосы, тронутые сединой на висках, ямочки на щеках. Все это не сходилось с обезображенным трупом перед глазами.

– Да, спасибо, Артур, – с шероховатым налетом раздражения в голосе сказал Хэмптон. – Мэттью Реймонд, сорок два года. Судя по состоянию тела, он пролежал здесь примерно полторы недели. Процветает ферментативное разложение, ярко выражена гнилостная венозная сеть… Мистер Реймонд был в хорошей форме, в теле совсем небольшой процент жира, иначе разложение было бы еще более стремительным. Голова практически отделена от тела, мягкие ткани шеи сильно повреждены…

– И она словно… – Джеймс наклонился к телу, нахмурился и помолчал, подбирая слова. – Словно не отсюда, – выдохнул он и пошатнулся от запаха, его глаза заблестели от выступивших слез.

– Вот это как раз самая интересная часть. Пленка, обмотанная вокруг головы, ограничила доступ кислорода к тканям, что сильно замедлило разложение.

– Причина смерти? – Грейс старалась не дышать, голова кружилась, ей хотелось поскорее оказаться на воздухе, в машине и подальше от этого места.

– Если судить по брызгам крови… – Доктор Хэмптон окинул пол взглядом. Крови было много, как на скотобойне. Она свернулась, высохла, превратившись в бурые пятна на бетоне, но количество ужасало. Должно быть, убийца был покрыт ею с головы до ног. – Ранение шеи и повреждение сонной артерии.

– Хватило бы и одного удара. – Совладав с собой, агент Уайтхолл приблизился и сделал несколько фотографий. – Наш парень был в ярости, когда убивал мистера Реймонда.

Никто из них не сомневался, что Мэттью убил человек, которого они ищут.

– Для чего пленка? – Грейс обернулась к Джеймсу и с мольбой посмотрела в его глаза, не до конца понимая, что хотела бы услышать.