Книга Крик в темноте, страница 52 – Оливия Нортвуд

Джейми Брюэр и Малкольм Голдберг учились вместе и дружили после выпуска, а теперь они оба мертвы, если где и можно найти ответы, то только в стенах Вашингтонского университета. Детективы пришли к этому выводу не сговариваясь. Им обоим, и Грейс, и Джеймсу, казалось, что под ногами горит земля, словно они нащупали что-то неясное, у чего пока нет очертаний, но, когда появятся, они станут на несколько шагов ближе к завершению расследования.

Приемная ректора Нельсона МакКинли откинула их разом на несколько десятилетий назад. В то время, когда стены еще отделывали панелями из красного дерева, столы были дубовыми и неподъемными, со множеством ящиков, которые закрывались на ключ, на потолке висели хрустальные люстры, а стулья делали из цельного дерева и обивали кожей. Когда они вошли, Грейс осмотрелась: у стены за спиной МакКинли стояла витрина, за ее стеклянными дверцами ректор хранил фотографии с выдающимися студентами, с политиками и даже снимки с несколькими президентами Соединенных Штатов, начиная с Джорджа Буша-младшего.

Нельсону МакКинли навскидку можно было дать семьдесят лет, его преклонный возраст объяснял и это трепетное отношение к интерьеру, и трогательное собирательство, и хвастовство.

– Чем я могу помочь вам, детективы? – Он предложил им сесть в кресла напротив его стола.

– Мы пришли, чтобы поговорить о ваших бывших студентах Брюэре и Голдберге.

– Да, ужасная потеря, ужасная. Для всех нас. Они были достойными людьми и достойными выпускниками. Вы знали, что господин помощник мэра Брюэр и господин Голдберг состояли в совете попечителей университета? Многие студенты обязаны им стипендией и стажировками.

– Да, мы кое-что об этом слышали. – Джеймс кивнул и положил обе руки на деревянные подлокотники кресла.

Грейс заметила, как побелели костяшки его пальцев, когда он сжал ладони в кулаки.

– Джейми Брюэр и Малкольм Голдберг стали жертвами жестокого убийства. Мы здесь, чтобы попытаться понять, могло ли это быть как-то связано с их общим прошлым или нам стоит искать ответы в настоящем.

– Что вы имеете в виду? – МакКинли нахмурился и наклонился над столом.

– Мы имеем в виду, что они могли сильно задеть кого-то, пока еще учились здесь. И теперь этот «кто-то» решил им отомстить.

– Совершенно исключено! – тоном, не терпящим возражений, заявил он.

– Вы уверены? Хочу напомнить, – Джеймс сел прямо, не отрывая рук от подлокотников, – что этот разговор конфиденциален. А мы пытаемся выяснить детали из прошлого ваших студентов не для того, чтобы опорочить их, а для того, чтобы найти преступника.

Ректор МакКинли опустил взгляд с задумчивым видом, будто видел впервые, разглядывая витиеватые древесные узоры на столешнице, он боролся с собой. Грейс наблюдала за его метаниями, считывая противоречивые эмоции с его морщинистого, но не лишенного привлекательности лица, угадывая следующую, как если бы перечитывала книгу: без труда, без интереса и желания знать, что будет дальше.

– Была одна история. – Он сдался, и теперь только от них зависело, как много он расскажет. – Это случилось на третьем году их обучения. – МакКинли встал, провел пальцем по ровному ряду толстых книг в кожаных переплетах, и когда нашел нужную, вытащил ее и раскрыл на столе. Книга оказалась альбомом с коротким названием «2008» – золотое тиснение на черной матовой коже – и тут же привлекла внимание детективов. – До полиции дело не дошло. – Ректор перелистывал альбом, в поисках какой-то фотографии: портретов было несколько сотен. – И я уже не помню деталей. Но, думается мне, несколько парней не поделили одну девушку.