Онлайн книга «Фальшивая жизнь»
|
А Лиине было все равно. Абсолютно. Вон стоит, тощая долговязая дылда – жиденькие светлые волосы, веснушки, высокомерно вздернутый нос. Зато глаза хороши – ярко-голубые, как весеннее небо. Ну и вообще, если присмотреться… – А вы танцы ждете? – подойдя к Максу, неожиданно осведомился круглолицый, неизвестно откуда взявшийся шкет с буйными рыжими вихрами и босой. – Ну да, танцы, – обернулся Максим. – Так я сейчас открою. – Шкет улыбнулся и, скосив глаза на Лиину, понизил голос: – И она тоже ждет? – Ну. Понравилась, что ли? – Угу. Красивая! Вот уж точно – на вкус да цвет… – А у меня сеструха тут завклубом, – пояснил рыжий. – Послала вот посмотреть, есть кто или нет. А тут – вы… Сейчас и наши придут. Вытащив из кармана рубахи ключ, пацан открыл замок и гостеприимно распахнул двери: – Заходьте! Сейчас свет включу. А вот и музыка. Пока сами пластинки ставьте. А потом Анька придет – магнитофон включит. Пленки-то у нее! – А Анька – это… – Сеструха моя, завклубом. А меня Мишкой зовут. – О-чень приятно! А меня – Лиина. Эстонка протянула руку, парнишка смущенно пожал и сконфузился. – Вы это… танцуйте пока. А я побегу – ботинки надену. – Su poiss jooksis minema! – Тынис засмеялся и тут же повернулся к Максиму: – Ой, извини. Я сказал: убежал ее парень, кавалер. – Да я догадался. А почему ты извиняешься? – Ну, я же по-эстонски сказал. А ты эстонского языка не знаешь. Некрасиво, да. Вот тут он прав! Ишь, какой вежливый. Гулкий полуосвещенный зал со старыми киноафишами, из новых – только «Кавказская пленница». Сдвинутые к стенам стулья, соединенные по четыре. Электрические розетки на небольшой сцене, у сцены – стол, на столе – переносной катушечный магнитофон «Романтик», довольно новый, в корпусе цвета слоновой кости с красными пластиковыми вставками. – Симпатичненько! – заценила Лиина. – Жаль, что пока пленок нет. Интересно, что у них за записи? Рядом со столом, на сцене, стояла большая радиола «Беларусь» в лаковом деревянном корпусе, с открытой верхней крышкой. Судя по проводам, идущим к радиоле от магнитофона, именно это чудо радиотехнической мысли использовалось в качестве динамиков и усилителя звука. На резиновом диске радиолы лежала пластиночка. – «Музыкальный калейдоскоп». – Лиина склонилась над радиолой. – Ну, что? Далиду послушаем или Рэя Конниффа? Так я включаю… Девушка нажала на клавишу – размеченная радиочастотами и названиями мировых столиц, панель радиолы засветилась желтым. Дождавшись, когда налился зеленым светом «глазок», Лиина двинула рычажок радиолы и опустила тонарм. – Ой! Что это у них вместо иглы? Спичка, что ли? Точно – спичка! Ime! Послышалось шипение… и вдруг заиграла музыка! – Да, это точно – чудо! – изумленно воскликнул Иван. Максим презрительно хмыкнул: – Ну да – диво дивное! Руки б таким умельцам пооборвать! На звуки музыки в распахнутую дверь слетались местные подростки, мальчики и девочки… Впрочем, не только местные, но и приезжие тоже. Кого здесь только не было – из Озерска, из Тянска, и даже из Ленинграда. – А у Ани на пленке есть ансамбль «Дружба»! – доверительно сообщил Максу небольшого росточка парнишка со светлой челкой. – Наш, ленинградский! Там Эдита Пьеха. Ну, пока не было Пьехи, танцевали под «Музыкальный калейдоскоп». Начали со знаменитой песенки Мильвы «Мамалюк», также записанной на этой пластинке. Это был быстрый танец! И танцевали его, кто как умел… Ничуть не стесняясь. |