Онлайн книга «Тайна старой усадьбы»
|
– Надо все-таки крышу покрыть, – вспомнила вдруг Катерина. – А то придет Макс из армии, а у него в сарае все сгнило! Скажет: ну и сестрица. – Так вам нанять надо кого-нибудь незадорого. – Женька покивала и призадумалась, забавно наморщив лоб. – Я могу дядюшку попросить… Только он… Он, скорее, за водку только согласится… – Маленькая в «Заре» – рубля полтора, – тут же прикинула практичная Мезенцева. – Пойдет! Плюс еще – чем покрывать? Толью, что ли… А, черт с ним, те же листы пусть и прибьет аккуратненько. Сможет? – Сможет, но… – Женя виновато вздохнула. – На маленькую-то он не согласится… А «Московская особая» – два восемьдесят семь. – Ничего себе! – ахнула Катя. – Колесникова! Ты откуда водочные цены знаешь? – Так мы сами недавно ремонт делали. Еще и краска осталась… и гвозди всякие… Девчонки замолчали и переглянулись. – Кать… – негромко протянула Женька. – Так, может, не стоит никого нанимать? Неужто мы с тобой сами не справимся? Два листа не прибьем? Прям вот сейчас и пойдем. Инструменты-то у вас найдутся? – Инструментов – целый сарай. – Катерина покусала губу. – Слушай… А может, завтра? – А вдруг дождь? Нет уж – лучше сразу. Да за час управимся, чего там! Вот что! Еще и краску прихватим, синюю. У нас с полведра осталось. Женька тут же и переоделась, натянув старые треники и рубашку в клетку. Мезенцевы жили на Пролетарской, неподалеку, но это, опять же, смотря как идти. Можно огородами, можно по Южной, лесом, а можно и через центральную, Советскую улицу, да еще заглянуть на площадь, в промтоварный. Последний момент как раз и показался подружкам наиболее подходящим – как это, в магазин не заглянуть? Тем более в субботу, в конце рабочего дня. Вдруг да что-нибудь выбросят? На свой рабочий внешний вид Колесникова решила не обращать внимания. Мало ли кто как ходит? Тем более народ с работы пойдет, тоже одетый не по-праздничному. Да и людей посмотреть, местные новости-сплетни послушать – за этим тоже на площадь, к магазинам да к деревянному дому быта. За домом быта, на пригорке у винного магазина «Заря», уже змеилась очередь, от крыльца и почти до хлебного ларька. Состоявшая практически из одних мужиков очередь благостно матюгалась и исходила густым папиросным дымом. И это притом, что до конца рабочего дня в том же леспромхозе, по самым смелым прикидкам, оставалось еще часа два, и еще учитывая «короткий» день – субботу. Ждали продавщицу, Лариску, что-то она нынче задерживалась с обеда. Ожидая, в очереди живо обсуждали важные политические моменты, а именно – два праздника, объявленных нерабочими днями именно с этого года. Если в порядке хронологии, то первый был Восьмое марта, а второй – Девятое мая. Насчет Девятого мая – Дня Победы – соглашались все, а вот по Международному женскому дню в очереди возникли разногласия. – Вот еще, бабьи праздники праздновать! – Не скажите, мужики. Отдыхать-то нужно. – Так ты бы, Ваньша, всю жизнь отдыхал. – Тебе только дай волю! Небритый мужичонка в рваной майке и засаленных, непонятного цвета штанах обиженно отвернулся… и вдруг радостно закричал: – Идет, идет! Здорово, Лариска! А мы тут тебя заждались. – Кому Лариска, а кому – Лариса Петровна, – поднимаясь по крыльцу, желчно фыркнула продавщица – дебелая женщина лет тридцати пяти с круглым раскрасневшимся лицом и большой арбузно-круглой грудью. |