Онлайн книга «Тайна старой усадьбы»
|
Такие вот дела. Покачав головой, Женя взяла лежащий на столе конверт, еще не распечатанный. Сегодня у нее был счастливый день – сразу два письма. Одно – из Венгрии, от Максима, и другое – вот это – от Тыниса. Почему-то именно его девушка припасла напоследок. Может быть, потому, что они простились с Тынисом… так хорошо… с поцелуем… Ах! Почувствовав томление в груди, Женька быстро вскрыла письмо. «Здравствуй, милая Женя!..» Хорошее было письмо, доброе и веселое. Тынис с юмором описывал студенческую жизнь и передавал привет от Лиины, которая «буквально на днях» отправилась в очередной туристский поход куда-то на Сааремаа. Еще в письме были такие отрывки… не сказать чтобы открытое признание в любви, но что-то вроде того… Женя перечитала их несколько раз. Вслух, но негромко. * * * Закончив столь резонансное дело, старший следователь прокуратуры Алтуфьев взял отгулы и уехал в Таллин, появившись на работе лишь после выходных – на себя не похожий. Весь такой задумчивый и загадочный, словно не от мира сего. И только Марта Яновна Кюйд знала, что Владимир Андреевич (с ее подачи!) уже начинал присматривать себе место в северо-восточной Эстонии – в Кохтла-Ярве, Силламяэ, Раквере… Еще там, в Будапеште, при обыске особист, майор Абрамцев тщательно проверил бывший при Резникове фотоаппарат «Зоркий-4». Мало ли что там, на пленке? Тем более схваченный подозрительный тип сильно походил на шпиона. К удивлению майора, пленки в камере не оказалось. Зато оказались валюта и драгоценности, спрятанные в фотокассете. Два рубина, три изумруда, аметист. Редкостной чистоты камни… Как позже оказалось, из той партии, что пропала когда-то в Прибалтике… Там же, в Будапеште, на Дунае, прибилось к островку Магрит мертвое тело. Пожилой уже, лет семьдесят, в костюме и коричневом галстуке. В карманах ни документов, ни денег. Чистой воды «глухарь», или как там у них, в Венгрии, называют? Труп-то оказался криминальный – несколько колотых ран! А идентифицировали – по галстуку производства таллинского трикотажного объединения «Марат». На всякий случай проверили всех приехавших в страну эстонцев – не так уж их и много оказалось за последнее время. Так и установили: погибший – профессор Тартуского университета Отто Янович Арнольд. Приехал на конгресс финно-угорских народов, вечером выпил – и вот… Что и говорить – судьба! Ну, это венгерская милиция на судьбу ссылалась, а вот у Тянской районной прокуратуры были на это убийство свои виды. Как и на одно старое дело с валютчиком, застреленным из пистолета «вальтер». И в этом свете Толику Резникову откровенно светила «вышка»… * * * Что же происходило в Озерске? Да, в общем-то, ничего особенного. Игнат Ревякин всерьез собрался признаться доктору Валентине в любви и попросить «руки и сердца». Правда, это он на работе был рубаха-парень и вообще герой. А в личной же жизни – увы… А потому и настраивал себя долго: сначала решил сделать предложение сразу после окончания дела, потом – после отпуска, к Седьмому ноября, а сейчас вот раздумывал – к Новому году… Хотя нет – не к Новому году, а до Нового года, так будет вернее. Подружки, Катя и Женя, снова сходили в кино на «Девушку из банка». Женю выбрали в школьный комитет комсомола, а Катерина на танцах в клубе все время танцевала с Дорожкиным, тот как раз был в отпуске и без формы. Котька Хренков всерьез бросил пить, почти каждый день приходил на могилу Тамары Марусевич и даже помогал кое в чем ее матери. А с конца сентября на временной выставке Тянского музея экспонировались две картины Константина Коровина: «Графская усадьба» и «Ворота Сен-Мартен ночью». |