Онлайн книга «Тайна старой усадьбы»
|
Вот и Говорова проверяли. Правда, ни запчастей, ни гаек да винтиков особо-то в его гараже не было, ну, не имел Аркадий Ильич такой душевной страсти – постоянно машину чинить! А ездить – ездил и требующую ремонта машину отгонял завгару дяде Саше Колесникову, а тот уж никогда не отказывал. – Так, говорю, сразу в машину и сюда… Толик подавил усмешку: а профессор Арнольд на ветер слов не бросает! И связи у него – закачаешься. Опасный человек… Впрочем, это Резников знал всегда. – Так что за конгресс? – А? Так вот я и говорю… – махнув рукой, продолжил Аркадий Ильич. – Пришлось бежать на работу, перезванивать. Конгресс финно-угорских народов… финнов, венгров, эстонцев… ну, и наших вепсов. Пройдет в начале августа в городе Будапеште! Мероприятие политическое, сами понимаете… Так вот, в отделе есть мнение, что и наш Дом пионеров должен принять участие. – Ого! Так времени-то уже… – Резников покачал головой. – Так я и говорю! Только там разве кому докажешь? Сказали: фотографии нужны и еще детские рисунки. Ну, пейзажи там, наших мест… Так вы с фотографиями не поможете? – с надеждой вопросил Говоров. – А уж без рисунков мы как-нибудь обойдемся. А я вам потом – отгулы! Целых два… Ну, хорошо – три! Во внеучебное время, в августе… – Да сделаю, Аркадий Ильич, о чем речь! – с улыбкой заверил Толик. – Правда, я в Койволу на рыбалку собрался… Ну да ладно, завтра с обеда поеду. Там, говорят, щуки… У вас, кстати, спиннинга нет? Директор просиял лицом: – Вот спасибо, Анатолий Иванович! Так и знал, что вы не откажете! Так и знал… Снимки уже завтра надо в отдел культуры доставить. Сказали, можно с экспедицией передать. Я их руководителя немножко знаю, профессор Арнольд… А спиннинг я вам вечером завезу, не переживайте! – Передадим, не вопрос! – улыбнулся Анатолий Иванович. – А насчет рисунков… Нашей милой Юлечке отгулы тоже нужны. Она в августе куда-то там собиралась… – Резников задумчиво прикрыл глаза. – Ну да, собиралась. К подруге, в Саратов, что ли. Меня еще спрашивала: отпустите вы или нет? – Отпущу, отпущу! – Вскочив со стула, директор замахал руками. – Хоть на Северный полюс отпущу, хоть в космос! – Вот вместе к Юлечке и зайдем. Прямо вот сейчас. Я только переоденусь. Долго ли акварельки-то? Да, Аркадий Ильич, какого размера фотографии делать? – Ой! – испуганно воскликнул Говоров. – А они не сказали! – Обычно двадцать четыре на тридцать шесть – для выставок. А чтобы больше – у нас и бумаги-то такой нет. – Да делайте, как знаете, дорогой мой Анатолий Иваныч! Только успейте. – Да что там успевать-то? Долго ли карточки отпечатать? А негативов у меня полно! Юлечка Хоботова работала в Доме пионеров руководителем художественного кружка, или, как писали в отчетах, «закрывала художественно-эстетическое направление». Год назад Юлечка отучилась где-то в Куйбышеве или Саратове на художника-оформителя, дальше хотела поступать на художественно-графический факультет ЛГПУ имени Герцена, но так и не поступила – завалила теорию напрочь: Клода Моне с Эдуардом Мане перепутала, импрессионизм у них в училище не проходили. Оставив худграф до лучших времен, Юлечка устроилась на работу в Дом пионеров, справедливо рассудив, что уж там-то куда спокойнее, нежели в школе. Небольшого росточка, с милым курносым лицом и веснушками, девушка выглядела лет на пятнадцать – не очень-то солидно для взрослой дамы-преподавательницы. Впрочем, ребят на кружок набрала и целый год проработала очень даже успешно. Дети ее не слушались, но любили, а еще очень любили рисовать и даже заняли на местном конкурсе несколько призовых мест! Правда, проверяющие, заглянув к Юлии Васильевне на занятия, от шума чуть не попадали в обморок, однако Говоров свою работницу всегда защищал. Ну и что с того, что дисциплины нет? Это же художники – понимать надо! |