Книга Убийственное Рождество. Детективные истории под ёлкой, страница 27 – Николай Свечин, Валерий Введенский, Андрей Добров, и др.

— Нож возьму, — твердо заявила майорша.

— Ладно. Но постарайтесь не показать вида. Ведите себя так, будто ничего не знаете. Не спугните девку. Поняли?

Казалось, сила снова вернулась в это толстое дряблое тело. Агнесса налилась привычной яростью.

— Пусть только попробует сунуться, — сказала она. — Я ей все личико-то искромсаю!

Ирина слушала, замерев. Как только матушка замолкла, ей страшно захотелось прямо сейчас бежать из этого дома, накинуть шубу, сунуть ноги в теплые сапожки и бежать!

— Мама, — прошептала девушка, — надо ехать.

— Куда ехать?

— Прочь. Вдруг она… Люба… вдруг она за дверью?

Агнесса Яновна покосилась на дочь, грузно встала и прошла к двери. Открыла ее, осмотрела коридор и вернулась.

— Нет там никого. Не глупи. Я же с тобой. Спи, я покараулю.

— Что же, вы вот так будете всю ночь сидеть?

— Надо, так посижу.

— Нет, — сказала Ирина жалостливо, — я теперь тоже не засну.

Майорша посмотрела на нее строго. Как всегда смотрелана свою дочь, сколько та помнила себя.

— Вот уж! Лучше скажи, что он тебе тогда говорил, когда ты из гостиной убежала?

— Пустое!

— Говори!

Ирина вздохнула.

— Он спросил, любишь ли ты меня?

— А ты?

Ирина посмотрела на мать.

— А ты меня любишь? — спросила она.

— Ты дочь мне, — ответила майорша и отвернулась.

— Что? — встревожилась девушка. — Шаги?

— Нет. Просто обидно мне, — проворчала Агнесса Яновна. — За моей спиной с отцом сговорились, он тебе дом этот отписал, про меня забыл. И ты за­была.

— Да не сговаривались мы! — горячо прошептала Ирина. — Я и не знала до последнего! Получила письмо от отца — приезжай, мол. А в нем — дарственная.

— Заверенная нотариусом! Как же! — тут же съязвила майорша. — Кого ты обманываешь?

Девушка смутилась.

— Я не виновата. Показала письмо Боре… своему жениху… Он его на службу взял — сказал, чтобы изу­чить… А потом уже…

— Вот! — рявкнула Агнесса Яновна. — Он тебя уже обманул. Обманет и вдругорядь! Я же говорю — не ты ему нужна, а что бы такое слямзить.

— Нет, матушка, вы не правы, — тут же вспыхнула Ирина, — он о будущем нашем беспокоится. Ведь у батюшки нрав переменчивый… сегодня дарит, завтра — забудет. Может, и нехорошо получилось, да только я в Борю верю, потому что его знаю. А вы не верите, потому что не знаете, как я.

— Да-да-да! — подбоченилась майорша. — Надо же, какие умные да честные! А я так тебе скажу — умные честными не бывают. А всякий честный — дурак.

— Почему?

— Поживешь с мое — поймешь. Лучше скажи вот что. Дом этот содержать — капитал нужен. Есть у твоего жениха такой капитал?

Ирина смутилась.

— Но мы и не собирались тут жить.

— А что?

— Продать хотели.

От неожиданности майорша всем весом рухнула на кровать.

— А я? Что же вы, ироды, собирались дом продать, а меня на улицу?

— Почему на улицу, — возразила Ирина, — ты бы жила с нами в Екатеринбурге…

— Приживалкой, что ли? — перебила ее мать.

— Да бросьте вы, матушка! — Ирина сбросила одеяло. О грозившей опасности она совсем забыла. — Что вы все с ног на голову-то ставите!

Майорша как будто оцепенела. Дочь попыталась ее обнять, присела на кровати, но тут же получила мощный удар кулаком в лицо. Охнув, она упала обратно. И тогда Агнесса Яновна сдавила ее шею, нависла над девушкой и проши­пела:

— Что, сучка малолетняя, девка продажная, обмануть меня вздумала? Да не вышло.