Книга Флоренций и прокаженный огонь, страница 150 – Йана Бориз

День предстоял непростой. Набив живот зачерствевшими вчерашними яствами, художник отправился наверх к опекунше, потом закрылся в мастерской в ожидании обещанной Леокадии Севастьянны. Доктор еще не изволил прибыть, но его караулили во все глаза. Теперь важно им двоим не столкнуться, но о том печется Ерофей, его снарядили с хитрым заданием.

В приготовлениях время шло незаметно, и вот уже во дворе зазвенел мелодичный голос наученной свахи. Ваятель вышел наружу, поклонился и поскорее увел к себе, пока не прибежал Семушкин и не распространился про ночные кошмары с хворобой Зизи вкупе со всем из того проистекающим.

Аргамаковой совсем не шло сегодняшнее небесно-голубое платье, слишком блеклое и портившее фигуру. Она назвала мастерскую «гнездом вдохновения». Ваятель поблагодарил за лестные слова и в свою очередь похвалил ее прическу, или цвет лица, или нежное кольцо с бирюзой – неважно.

– Разве мы обо всем не договорились, Флоренций Аникеич? – одарила лукавой улыбкой Леокадия Севастьянна. – Моя правая рука приподнята, будто я доказываю правоту некоему незримому, левая же прижата к груди. Сей жест добавляет искренности, не так ли? Я верно запомнила? И живости? Если не ошибаюсь, в прошлый раз вы именно так говорили?

– Все с дословной точностью, однако у меня появились кое-какие уточнения. Сей же час, если позволите, обрисую вам наиподробнейше. – Он подошел к грубо сбитой крестовине из неотесанного соснового бруса, на ней болталась бессмыслица из толстой сутяжины. – Оный предмет – каркас, на каковой я буду сызнова набивать скудель, точь-в-точь как на мелких моделях. – Рабочий нож отделил кусок от мокнущей в корыте глыбы, осторожно донес до станка и оставил подле бессмыслицы. Потом Флоренций взял с полки замотанную во влажное полуаршинную фигурку, освободил от пелен, приставил ком скудели к основанию,демонстрируя зрительнице новый удлиненный фасад. – Мы с вами наметили обрез под грудью, но днесь мнится мне, что можно и продлить ее до пояса. Оно позволит попристрастней отнестись к левой руке, чтобы не висела ниже обреза и стала тем красноречивее… Вот эдако выйдет у нас с вами. Недурно… Поистине лучше, нежели допрежь.

– Я, честно признаться, не совсем понимаю… Отчего же вы заговорили про скудель? Разве для изваяния не выбрано дерево?

– Что?.. Нет, в скудели будет только модель, с которой я зачну резать. Она послужит образцом, понимаете? Я вылеплю оное, а если вам не понравится, мы поменяем. Когда все станет совсем чудесно, я просто повторю все точь-в-точь в дереве. Зато у вас будет возможность предварительно лицезреть композицию и по желанию поменять. По меньшей мере, обсудить. Скудель не дерево, она терпит маету и не жалуется.

– Ах, ведь это же двойная работа! Вы без того уж столько моделей изваяли!

– Так им несть числа! Чем более моделей, тем надежней. Двойная работа будет, коли в дереве вырезать несоответствующее и потом дважды и трижды брать новое бревно, и все с самого начала. Поэтому надо проверить и утвердить на скудели, а в дерево уже просто перенести готовое. Но, чур, после не изменять.

– Да-да. Я все поняла. Это все безумно интересно и… познавательно. Однако в чем ваш вопрос?

– Вопрос таков: как вы смотрите, если вырезать не по грудь, а по пояс?

– Когда вам кажется, что так будет лучше, то я не имею ничего против. – Она до сих пор выглядела озадаченной.