Книга Воспоминания убийцы, страница 78 – Юн Ина

Со Тувон покачал головой, не понимая смысла слов, произнесенных Мехом.

– Разве есть возможность выйти на свободу, учитывая то, что следы крови жертв были найдены в том доме?

– Конечно, я признал, что являюсь фактическим владельцем дома. Поэтому не могу просто взять и свалить все на подельника. И что с того? Есть ли закон, который гласит, что лишь потому, что в моем доме произошло убийство, я как хозяин дома и являюсь убийцей? Ты и сам в курсе, что я там даже ни разу не был.

– Верно, брат.

– Никаких доказательств моей вины нет, кроме самого факта, что место, где произошло убийство, зарегистрировано на мое имя. Конечно, подозрения в таком случае падут на меня: «Почему дилер купил этот дом? Это очевидно! Этот парень – преступник!» Однако подозрения – это еще не приговор. Я буду отрицать все обвинения. Даже прокурор никогда не сможет доказать мою вину, если не предоставит улики. А я действительно этого не делал. Ха-ха-ха!

– Но вдруг…

– Я ведь сказал тебе не волноваться. Твое имя никогда не слетит с моего языка. Я потратил кучу бабок и нанял именитого адвоката.

Когда время свидания подошло к концу, Мех встал со словами:

– Если все пойдет не по плану… Если случится так, разводись. Ты ведь понимаешь, о чем я?

– Да, понимаю. Но, брат, почему ты заходишь так далеко ради меня…

– Дело в маме. Я знаю, что ты ухаживал за ней, пока она тяжело болела, вплоть до ее смерти. Ты позаботился и о ее последнем пути. Пока я торчал в тюрьме. Я буду вечно тебе благодарен. Хотя бы это я обязан сделать ради тебя.

* * *

Чону изучал томограмму мозга Со Тувона. При этом в другой руке он держал снимок собственного мозга. Он поочередно смотрел на изображения в обеих руках.

– Практически один в один. Я бы поверил, если бы мне сказали, что это снимки одного человека.

Сравнивая снимки, Чону внезапно вспомнил историю Джеймса Фэллона.

Тот работал профессором нейробиологии в Калифорнийском университете, был отцом троих детей. Его исследования были сосредоточены на изучении мозга людей с психопатическими расстройствами. Как-то он выявил снимок мозга, на котором были видны характерные особенности, явно указывающие на подобное расстройство личности. И, как это ни удивительно, это был снимок собственного мозга профессора Фэллона.

У психопатов часто повреждена или обеднена функция коры, отвечающая за сочувствие и эмоциональный контроль. Также наблюдается дефицит серотонина и дофамина – нейромедиаторов, отвечающих за чувства счастья и воодушевления, – а также тестостерона – мужского гормона.

Кроме того, профессор Фэллон обнаружил, что у большинства убийц повреждена орбитофронтальная кора, участок, расположенный в лобных долях, и что в подавляющем большинстве случаев у них присутствуют мутации в гене МАОА, зовущемся «геном воина». И даже обладая схожим мозгом, одни становятся профессорами, изучающими психопатию, а другие – убийцами-психопатами.

На снимках мозг Чону и мозг Со Тувона выглядели практически идентично. Однако разница между ним и профессором Фэллоном заключалась в том, что у Со Тувона был совершенно нормальный и среднестатистический мозг. Насколько беспочвенно утверждение, что преступников можно распознать, опираясь исключительно на данные головного мозга? Даже с ничем не примечательным, обычным мозгом человек может сотворить немало чудовищных вещей.