Книга Убийство перед вечерней, страница 42 – Ричард Коулз

– Бернард считает, что сегодня лучше его не проводить. Так что Дня открытых дверей не будет. Я надеюсь, люди не слишком расстроятся.

– Я уверена, они все поймут. Наверное, полиция захочет нас допросить?

– Думаю, да.

– Мы же могли быть свидетелями. А вдруг мы видели убийцу!

– Пока что мы слишком мало знаем, Маргарет.

– Ужас какой, столько крови! А подготовка к похоронам уже началась?

– Я не знаю. Не лучше ли нам просто помолиться обо всех, кому сейчас нужны наши молитвы?

На мгновение миссис Портеус словно бы смутилась. Потом ответила:

– Конечно. Бедный, бедный Энтони. Кто мог осмелиться на такое? И бедный Бернард. Вы же знаете, они с ним были близки.

Дэниел потихоньку отступал к двери, пытаясь ретироваться.

– Мне правда пора. До свидания.

Маргарет поспешила обратно, без сомнения, прикидывая в уме, кому позвонить первому, а Дэниел отправился на кухню приготовить себе кофе с тостами, гадая, что еще готовит ему предстоящий день. Люди начнут спрашивать, что случилось; тех, кто приедет на День открытых дверей, придется отправить назад; полиция будет допрашивать свидетелей. А еще нужно готовиться к похоронам, но с этим придется подождать, пока коронер не позволит родственникам забрать тело. Экспертиза потребует времени, и кто знает, что между тем поднимется на поверхность? Смерть подобна глубинной бомбе, мгновение – взрыв – а после на поверхность медленно всплывает… кто знает, что именно всплывет, когда приход соберется вместе перед лицом свершившегося злодеяния?

Дэниелу за время его служения уже приходилось сталкиваться с насильственными смертями. В первом приходе, куда его определили, убийство случилось в первую же неделю его служения. Годы шли, и за этим убийством последовали другие – часть из них в итоге была раскрыта, часть нет, а часть наверняка и вовсе осталась незамеченной. Дэниелу не раз доводилось хоронить человека, убийца которого – он был в этом уверен – присутствовал на похоронах. А еще ведь были убийства по халатности, по недосмотру, а еще – самые страшные, медленные убийства, когда злодей не поражал свою жертву в припадке ярости, но умерщвлял ее долго, верно, незаметно, уничтожая сперва радость, а потом и прочие чувства, высасывая из жизни все соки, так что жертва просто чахла, или спивалась, или впадала в отчаянье.

Кто мог убить Энтони? Дэниел, конечно, знал его не так долго, но Энтони казался вовсе не тем человеком, которому грозило быть убитым. Связано ли убийство с его прошлым – вдруг он нажил себе врагов, ведя беспорядочную жизнь в городе? Или же убийца скрывается ближе, возможно, в том самом приходе, пастырем которого назначен Дэниел?

Прежде чем одеться, он стал мысленно редактировать предстоящую проповедь. В коридоре, ведущем в кухню, появилась мать с тостом в руке.

– Я только что видела Маргарет Портеус. Она чуть ли не бежала, и ее явно распирало от новостей. Что ты ей рассказал?

– Ничего. Я надеялся, что мое неглиже ее отпугнет, но она, кажется, даже не обратила внимания.

С тоста, который держала Одри, упало на пол немного джема.

– Схожу-ка я прогуляюсь, посмотрю на примулы. И послушаю, что люди говорят.

– Может, не стоит, мам? И лучше ничего никому не рассказывай.

– Милый мой, я же не дурочка. Я сама ни слова не скажу, зато все выясню.

Одри очень понравился этот план, и она принялась хрустеть тостом, уже предвкушая прогулку.