Книга Смерть на церковном дворе, страница 136 – Колин Кэмбридж

Филлида широко улыбнулась своему другу.

– Затем, что именно Летиция Уитлсби и является истинным автором рассказов об инспекторе Теодоре Белфасте.

Комната взорвалась возбужденными выкриками, ахами и шокированными вздохами, но громче всех кричал мистер Уитлсби:

– Как вы посмели!.. Да что же это такое!..

– Аластер, перестань, ты же знаешь, что это правда, – равнодушным голосом заявила миссис Уитлсби. – Теперь тебе уже не удастся спрятаться за моей спиной. Да, так и есть, я сама хотела получить признание и эту награду, но он даже слушать не желал. Говорил, что никто в мире не поверит, что его маленькая невзрачная женушка могла написать такие прекрасные рассказы о Милли и инспекторе Белфасте. И я подумала, что, если избавлюсь от него – заключив в тюрьму или даже убив, – никто больше не сможет мне указывать, как жить и что делать, – она говорила с нарастающим гневом, а в ее глазах появилась ярость. – Я устала от эпитетов вроде «противный банный лист» и еще почище; мне надоело, что со мной обращаются как с ребенком. Довольно, Аластер, меня тошнит от тебя!

Закончив свою страстную речь, Летиция обратилась к Филлиде:

– Вы единственная раскусили мой замысел. Как это вам удалось?

– Мне помогло несколько подсказок, и в первую очередь – ваши детективные истории. Основная концепция ваших рассказов состоит в том, что, несмотря на кажущуюся гениальность Теодора Белфаста, именно его сестра Милли раскрывает преступления. Милли понимает, что никто не поверит в это – с виду эта старая дева весьма походит на мисс Марпл, хотя моложе и более энергична, чем Джейн в описании Агаты Кристи. И вот она, как серый кардинал, руководит своим братом, который потом пожинает плоды незаслуженной славы. Странно, что до сих пор никто не обратил внимания на эту особенность. – Филлида по очереди взглянула на членов Клуба убийств, но все сидели не шевелясь, как будто новость лишила их возможности двигаться. Она с жалостью взглянула на мистера Уитлсби. – Часто случается, что человек, больше всех похваляющийся своими талантами и достоинствами, на деле таковыми не обладает вообще.

Филлида помедлила, чтобы отхлебнуть еще чая, в горле у нее давно пересохло.

– Я и сама сначала не придала этому значения, но мне помогли две вещи. Во-первых, записка, прилагавшаяся к торту, подаренному отцу Тули. В ней было написано: «С благадарностью от Детективного клуба». Насколько я знаю, несмотря на всю свою напыщенность и хвастливость, мистер Уитлсби прекрасно владеет литературным языком и никогда не допустил бы такую безграмотность. Мы знаем, что он исправляет грамматические ошибки в чужих рукописях, и за это ему все благодарны. Ну и что, в конце концов, всякий может ошибиться, правда? Однако, когда я нашла записку вашего мужа о том, что он уехал утром на вашей машине, слово «благодарю» было написано правильно. Но и тогда я еще не пришла к окончательному выводу. Это случилось, когда я просмотрела бумаги мистера Уитлсби в его спальне.

– Что вы сделали? – гневно загремел голос мистера Уитлсби. – Вы что, рылись в моих личных вещах?

Филлида взглянула на него с мягкой улыбкой.

– Если бы я этого не сделала, вы сейчас уже лежали бы в морге или направлялись в тюрьму, закованный в кандалы.

В ответ на это справедливое замечание Уитлсби кинул на нее злобный взгляд, который, по мнению Филлиды, стоило бы приберечь для женщины, покусившейся на его жизнь. Однако возражать он не стал и молча уселся на стул.