Книга Архонт северных врат, страница 123 – Макс Гаврилов

Козимо нервно мерил шагами пространство, наконец, остановился у решетки и долго молчал.

– Кто тебя послал? Строцци?

– Да, я должна отвезти сведения ему.

– Кто из них всё это затеял? Пьеро? Или его сын Филиппо? Я знал, что этим закончится!

– Филиппо. Но и Пьеро обо всем извещен.

– Ты получала распоряжения от Филиппо лично?! – Козимо сверкнул глазами, плюхнулся в кресло и обхватил голову руками. – Сколько у них солдат?

– Я не знаю, сеньор. Мы встречались с Филиппо тайно, в особняке под Сиенной.

– А что значит – «скрытый от глаз в глубине»?

– Это слова, по которым Рено должен узнать меня, – бессовестно врала Мира, но, к её удивлению, не испытывала при этом ни малейших угрызений совести.

– Подготовился, значит… Подлец! Мне говорили, что он не достоин снисхождения… Только верёвки! – Медичи вертел в руках лист. – А что за цифры внизу? Похожи на дату, если бы не абсурдный год – тысяча девятьсот двенадцатый…

– Это не дата, сеньор. Это числовой шифр, разгадку которого знает только Де Вилль.

Козимо потер ладонью подбородок.

– Ты мне всё рассказала? Ничего не утаила?

– Всё, сеньор…

– Гастон! – крикнул Медичи. Мира вздрогнула от неожиданности. Послышались торопливые шаги на лестнице и тот же человек с мертвым лицом, что тащил её за волосы по коридору, предстал передКозимо. Тот кивнул головой, и Гастон уверенными шагами прошел к столу. Мира видела, как он ловко расстегнул застежки и одним махом надел ей на голову металлическое «ведро». Она не успела ничего понять, как застежки были застегнуты. Гастон открыл сверху зарешеченное отверстие, и её сердце упало от леденящего ужаса.

– Мне жаль, что ты не захотела говорить правды, – услышала она голос Козимо.

– Я все рассказала, сеньор! – закричала она и сама не узнала своего голоса. – Ради Бога не делайте этого!

– Дело в том, что Филиппо Строцци слишком мал, чтобы плести против меня интриги. Ему всего два года, – рассмеялся Медичи. – Я тебя предупреждал, чтобы ты не смела лгать!

Мира услышала самый противный в мире звук – писк испуганной крысы, и не могла поверить в то, что сейчас произойдет. Она дернулась всем телом, но руки и шея были закреплены, а потому все её усилия оказались тщетны. Гастон молча поднес клетку с огромной крысой к верху «ведра», приоткрыл дверцу, и вытряхнул испуганное животное внутрь. Крыса плюхнулась на голову Мире, и едва она коснулась её темных волос, мрак подземелья озарила зеленая вспышка, от которой Гастон и Козимо закрыли лица руками. Раздался грохот упавшего на пол «ведра» и писк голодной крысы, метнувшейся в кучу соломы.

Наши дни. Санкт Петербург.

Мира сидела на полу в душе и смотрела, как огромная шапка белой пены пытается протиснуться в канализационную решетку. Струи горячей воды хлестали её по плечам и щекам, она несколько раз намыливалась фруктовым гелем, смывала его с себя и снова наносила, но мерзкое ощущение брезгливости смыть не удавалось.

Сначала с ней случилась истерика прямо в подвале, она махала руками, стараясь сбросить с себя противно попискивающую крысу, а когда поняла, что её нет, громко разрыдалась и бросилась в душ, на ходу освобождаясь от платья и туфель, в кровь разбивших ступни. На звук открывавшихся дверей со второго этажа спустился Бажин, который теперь осторожно стучал в ванную.