Книга Субъекты безумия, страница 44 – Чжу Минчуань

– Бабушка, вы уснули в машине Адэ? У меня самого часто такое происходит, а в вашем возрасте совершенно нормально задремать в поездке. Только… вы, наверное, что-то сделали во сне… А Адэ вас неправильно понял?

Услышав мои слова, бабушка тут же подняла голову и, непрерывно кивая, призналась:

– Да! Да! Адэ сказал, что я уснула и сняла штаны… Я проснулась от его криков и увидела, что мои штаны спущены. Он подумал, что я спятила, и привез меня обратно в больницу.

– И правда, вышло большое недоразумение…

Я немного забеспокоился – ведь трудно объяснить кому-то подобную ситуацию. Остается надеяться, что Адэ не болтун и не станет пускать слухи по деревне, иначе, безусловно, бабушке там житья не будет. Кто знает, может, это сведет ее с ума… Наша задача номер один – решить, как лечить эту болезнь. В работах западных исследователей дается исчерпывающее описание болезни, но не описывается лечение. Многие выбрали бы психотерапию, но это слишком долгий процесс, а бабушке некогда ждать.

Адэ уже давно уехал, и прямо сейчас бабушка не может вернуться в деревню. Я связался с лечащими врачами других отделений, чтобы спросить, можно ли куда-нибудь положить ее, ведь ей некуда идти и некому о ней позаботиться.

В больнице есть реабилитационный центр с отделением для людей пожилого возраста, в основном там лежат пациенты с деменцией. В отделении для пожилых людей работает лечащий врач Лу Сусу. Когда я только устроился работать, то перепутал иероглифы в ее имени и думал, что ее зовут Лу Фанфан. Однажды мне нужно было отправить к ней пациента; я искал ее в реабилитационном центре полчаса, все время спрашивая Фанфан, и только позже понял, что ее зовут Лу Сусу. Она не только внешне красива, но и прекрасна душой, безупречно ухаживает за стариками, не брезгуя любой грязной работой. Но уже давно вышла замуж, и нее есть ребенок.

Когда я позвонил ей спросить, есть ли места во втором отделении, Лу Сусу еще была на работе. Она ответила сладким голосом:

– Места есть, приводите пациента.

Я выдохнул с облегчением, что удалось так легко все организовать, и, поблагодарив врача Лу, тут же провел бабушку. Время было позднее, и я боялся, что та проголодалась, поэтому спросил, не хочет ли она чего-нибудь съесть. В стационаре была столовая, но часы ее работы еще не начались. Бабушка вытащила из-за пазухи фиолетовую бутылочку и закинула в нее такую же фиолетовую пилюлю, объяснив мне, что это чудодейственное лекарство, которое она и ее наставницы пьют уже не одно поколение. Как человек, занимающийся наукой, я не верил в эффективность подобных эликсиров и тут же сказал ей:

– Бабушка, вам лучше сначала поесть, не пейте это.

– Я всю жизнь пью это лекарство; если б с ним было что-то не то, меня бы с вами тут не было. – Моих советов она не слушала.

– Вам известно, как делается это лекарство, какой там состав? – озадаченно спросил я.

– Об этом нельзя говорить посторонним людям!

Бабушка не хотела болтать лишнего, но и я вовсе не намеревался выпытать у нее тайну лекарства. Я спросил из чистого любопытства – может, пилюля сделана из шоколада… Но, раз уж бабушка не желала мне рассказывать, то и я не хотел ее допрашивать.

По дороге в реабилитационный центр я объяснил бабушке, что ее ситуация связана не с одержимостью духами, а с определенным заболеванием – сексомнией. Сказал еще, что на днях я должен буду составить план лечения вместе с замом Цзи, и пусть она не волнуется. Чтобы бабушка была спокойна, я разъяснил врачу Лу Сусу, как следует с ней обращаться, и что ей лучше выделить отдельную палату.