Книга Мрак наваждения, страница 52 – Чжу Минчуань

В этот момент дверь женского туалета скрипнула, и оттуда вышла женщина в таком же красном плаще. Она стояла ко мне спиной, на ее голову был наброшен капюшон. Все ее тело было скрыто в складках плаща, виднелись только ноги, обутые в черные туфли на высоком каблуке. Часы приема давно закончились, пациентам из стационара запрещалось разгуливать где попало. Мне стало очень любопытно, кто она такая, и я тут же захотел догнать эту женщину и взглянуть на нее.

Но мне позвонил Ян Кэ и сразу же стал на меня наседать:

– Алло! Чэнь Путянь, ты где вообще? Дуй обратно!

– Я только что видел кое-кого…

Когда я поднял глаза, женщина в красном уже исчезла.

Вслед за этим в коридор вышел Ян Кэ, держа в одной руке сына Чжань Жэньхуэя и прижимая смартфон к уху другой:

– Что ты там копаешься?

– Ты не видишь тут женщину? – ответил я в трубку.

Ян Кэ отрицательно покачал головой.

Я собирался пойти в комнату охраны, чтобы посмотреть записи видеонаблюдения из коридора, но понял, что лицо женщины в красном скрывал капюшон, да и голову она тоже опустила низко. В общем, от записей не было бы толку. Мы с Ян Кэ обменялись растерянными взглядами, когда вновь услышали, как издалека донесся стук каблуков. Я оглянулся и увидел, что это Юэ Тинши зашла обратно в больницу. Она улыбнулась мне и сказала, что забыла одну вещь на работе. Сказав это, коллега опустила голову и что-то быстро напечатала в телефоне. Я понятия не имел, кому она отправляла сообщение.

В этот же момент наши с Ян Кэ телефоны завибрировали.

Я разблокировал экран и увидел очередное сообщение от Сяо Цяо. Его содержание было таким же жутким, как и в предыдущие разы.

Той ночью вы были в морге. Я сдержу свое слово и скажу вам, где сейчас Ян Сэнь. Он находится в психиатрической лечебнице Цяотоу, в Лочэн-Мулаоском автономном уезде.

Сяо Цяо давно умерла, это было ясно как день. Но неизвестно, мог ли кто-то украсть ее телефон и с помощью него дурачить меня, Ян Кэ, У Сюна и заведующего. Возможно, и другие получали от нее сообщения, но из-за того, что ее родители тогда закатили скандал в больнице Циншань, ни у кого не хватило духу узнать у них, аннулировали ли они номер дочери.

Тем вечером, когда я заметил, как Юэ Тинши отправляла сообщение, я ни с того ни с сего почувствовал, что у нее в руках телефон Сяо Цяо. Чтобы удостовериться, я быстро перезвонил на номер Сяо Цяо, но снова услышал в трубке, что аппарат абонента выключен. Вскоре Юэ Тинши открыла дверь приемной третьего отделения и скрылась за ней. Коридор снова наполнился шумом ветра. Я не стал оттирать пятно и вернулся в ординаторскую.

– Что думаешь? – очень осторожно спросил я Ян Кэ.

Ян Кэ взял на руки ребенка и встал, прикрыв ему рот ладонью:

– Думаю, что этому человеку нет смысла нас обманывать.

– Так ты хочешь отправиться в эту глухомань?

Я до этого никогда не слышал о месте под названием Лочэн и попытался отговорить Ян Кэ:

– Может, лучше сообщим в полицию? Пусть они и отправятся на поиски.

– Мой отец пропал без вести много лет назад. Если бы они хотели, то давно бы отыскали его.

Тон у Ян Кэ был мрачный, но его слова были не лишены смысла.

К этому времени с улицы вернулся Чжань Жэньхуэй. Увидев, как Ян Кэ держит его сына на руках, он поблагодарил его, взял ребенка и пересел с ним на кровать. Нам с Ян Кэ не следовало обсуждать сообщения от Х в ординаторской. Впрочем, сын Чжань Жэньхуэя дал нам прекрасный предлог, чтобы удалиться в уборную и попытаться отчистить рубашки от пятен, а заодно и поговорить об упомянутом в сообщении месте. К слову, о наших истинных планах Чжан Жэньхуэй не догадался: едва заметив, как сильно испачкалась наша одежда, он принялся беспрерывно извиняться и даже сделал вид, будто сейчас шлепнет сына по попе, грозясь в следующий раз более сурово наказать его за такие шалости.