Книга Молчание греха, страница 79 – Такэси Сиота

– Я тут перечитал эссе Сэйтё[21], – Фудзисима показал на книжку в черной кожаной суперобложке. – Он говорит, что литературные произведения пишутся не для того, чтобы решать проблемы. Я думаю, это можно сказать и о журналистах. Газетчик не в состоянии решать проблемы. Он может только рассказать о них… – Видимо, немного устав, Фудзисима откинулся на спинку стула и сложил руки на животе. – Важно то, почему он хочет о ней рассказать.

Эта глубокая мысль, прозвучавшая из уст старшего коллеги, который до сих пор поддерживал контакты с детективами, произвела на Мондэна такое впечатление, как будто он был студентом.

Фудзисима многозначительно кивнул.

– Хитоми Найто сейчас находится в Китакюсю. Вроде бы она работает в магазине, – сказал он, понизив голос.

3

На следующей неделе Мондэн полетел на Кюсю, а там поездом добрался до города Китакюсю.

Прошло около шести часов с тех пор, как он вышел из своего дома. Его встретил холодный зимний дождь.

Чтобы попасть в город, на железнодорожной станции Куросаки надо было пересечь по мосту пути и, пройдя пункт контроля билетов, выйти на площадь. Спустившись по эскалатору, спрятавшемуся под крышей, Мондэн увидел перед собой несколько торговых улиц, веером расходящихся от здания станции. Большинство из них представляли собой крытые аркады, так что можно было не опасаться промокнуть под дождем, но они оказались намного длиннее, чем он ожидал.

В период Эдо[22]Куросаки процветал как почтовая станция на проезжей дороге, ведущей в Нагасаки, а начиная с периода Мэйдзи[23]население его постоянно увеличивалось за счет промышленной зоны, сосредоточенной вокруг государственного сталелитейного завода Явата. Однако по мере того, как развитие местной экономики стало переориентироваться с промышленного производства на сферу услуг, деловая активность в городе просела, как и в других провинциальных городах. Прогулка по этому району давала ясное впечатление об упадке, охватившем здешние места.

Сначала Мондэн решил медленно прогуляться по округе, чтобы запомнить планировку. Под высокой крышей аркады на слабо натянутой веревке вяло трепыхались разноцветные треугольные флажки. На карте информационного стенда, установленного посреди главной улицы «Торговые ряды Камудзу», было обозначено в общей сложности пятнадцать торговых улиц и рынков.

Мондэн думал было обойти их все, но со вздохом понял, что это будет непросто.

Главные улицы были заполнены относительно новыми заведениями – минимаркетами, сетевыми ресторанчиками и магазинами одежды; дальше от станции то тут, то там появлялись магазины товаров повседневного спроса – овощные, рыбные и так далее. И их не слишком процветающий вид навевал печальные мысли.

На главной улице кое-где попадались пустые магазины, а на улицах поменьше магазины с опущенными железными шторами составляли большинство. В глаза бросались пустые участки земли, в лучшем случае занятые временными парковками. Удручал резкий контраст с Токио, где повсюду круглый год шла масштабная застройка.

О месте работы Хитоми Найто Фудзисима узнал от знакомого ему журналиста-фрилансера, но эта информация была очень неопределенной и сводилась к тому, что Хитоми работала в торговом квартале недалеко от станции Куросаки, к тому же он получил эти сведения более десяти лет назад, так что положиться на них мог не больше, чем на расхожий слух. Журналист, знакомый Фудзисимы, который расследовал одновременное похищение двоих детей в Канагаве, уже скончался, и Мондэн прибыл на Кюсю практически безоружным.