Книга Молчание греха, страница 25 – Такэси Сиота

Преступнику не имело смысла возвращать ребенка домой.

14 декабря 1994 года

Это тоже был день буцумэцу.

Вскоре после 17:00, когда зашло солнце, в доме Кидзимы по адресу Яматэ, район Нака, Иокогама, зазвонил домофон. Токо Кидзима, подойдя к двери, услышала слабый голос:

– Это я.

– Я? Кто я?

– Рё.

– Что? Рё-тян? Рё-тян?

Токо, в домашнем фартуке и без куртки, распахнула входную дверь. Сунув ноги в сандалии, она изо всех сил побежала по траве. За белыми воротами стоял ребенок.

– Рё-тян? Это ты?

Токо открыла ворота, и мальчик с рюкзаком отступил на полшага.

– Рё-тян!

Токо охватила волна чувств, какой она никогда не испытывала за свою долгую жизнь, она задыхалась и не могла ничего сказать. Вместо слов из ее глаз медленно текли слезы.

Она опустилась на колени и крепко обняла его. Токо прижала мальчика к себе так сильно, как только могла, но и этого ей было недостаточно. Обхватив его маленькое тело, она не могла сдержать рыдания.

Затем, словно что-то вспомнив, она отстранилась и посмотрела ему в лицо. Никаких сомнений не было.

Под ясным ночным небом перед ней стоял ее подросший семилетний внук.

1

Расписавшись в книге для посетителей, он отложил ручку и нажал на кнопку дезинфицирующего спрея.

Храм в городе Иокогама. Дзиро Мондэн зажал свою черную борсетку под мышкой и, словно муха, потер руки, смоченные дезинфицирующим средством. Сухой звук трущихся друг о друга пальцев слышался отовсюду как нечто само собой разумеющееся. За последние два года тщательная дезинфекция стала обыденным делом.

Декабрь 2021 года. Мондэн вышел из тускло освещенного оранжевым светом похоронного шатра на ведущую к храму дорожку и, следуя указаниям распорядительницы, направился в зал ожидания. В просторной комнате стояло не меньше сотни легких алюминиевых стульев, но из них была занята примерно половина, а сзади имелось еще достаточно места.

Мондэн поклонился знакомым детективам и сел позади, где вокруг никого не было. Это скорее говорило о степени близости его отношений с другими гостями, чем свидетельствовало о желании принять меры против вируса.

Шла уже вторая половина декабря, и дни стали совсем короткими. В комнате было достаточно тепло, но для вентиляции входную дверь оставили открытой, поэтому по ногам тянуло холодным воздухом. Он свернул пальто и положил его на колени вместе с сумкой, делать было особо нечего. Люди в основном смотрели на экраны своих смартфонов, но Мондэн предпочел наблюдать за окружающими, поскольку считал, что здесь не лучшее место для того, чтобы бессмысленно убивать время.

Ждали начала поминок по бывшему детективу, поэтому присутствовали в основном мужчины. Кое-кто был в неловко сидящих траурных костюмах, причем дело тут было не столько в самой одежде, сколько в телосложении ее обладателей.

Он обратил внимание на костюмы потому, что у самого Мондэна смокинг был сшит на заказ. Он был очень требователен ко всему и любил носить костюмы, хорошо сидящие на его фигуре. После того как ему исполнилось сорок пять лет, люди, с которыми связала его жизнь, стали понемногу уходить, и он решил сшить себе смокинг у портного, услугами которого всегда пользовался. С тех пор прошло около десяти лет, но он за это время подгонял его по фигуре только один раз, и смокинг выглядел как новый.