Книга Молчание греха, страница 196 – Такэси Сиота

Здесь и там были развешаны флаги, шла ярмарочная торговля, продавались сувениры, что создавало атмосферу праздника. Повсюду бегали дети.

Она заметила Такахико и Рё на площадке немного поодаль от оживленного места проведения праздника. Видимо, они отошли, пока Юми наблюдала за игрой на барабанах.

– Очень жаль. Обычно с этой смотровой площадки любуются горами Комагатакэ и Усудзан, но из-за весенней дымки едва можно увидеть даже город Датэ.

– Мы только что говорили об этом с Рё, дымка очень красивая.

– Ты о чем? Ведь из-за нее ничего не видно.

– Надо сосредоточиться только на ней самой, и будет видно, что она сияет. И тихо светится. Она выглядит тускло по сравнению с яркой голубизной неба и моря, но у нее самой приятный, спокойный цвет.

– Почему-то ты выглядишь счастливым.

– Благодаря Рё в последнее время я чувствую, что наконец-то стал художником.

* * *

Город Датэ, куда они переехали, был теплее других районов Хоккайдо. В здешнем благоприятном климате удавалось выращивать хорошие овощи, и вокруг дома, где жила Юми с семьей, простирались обширные картофельные поля.

Темная почва поля и молодая листва густого леса. Насколько хватает глаз, зеленая трава колышется на ветру, птички звонко щебечут на ветвях деревьев.

Дни были настолько тихими и чистыми, что сами собой уходили мысли о непростой ситуации, в которой они оказались.

Их новый дом, тоже одноэтажный, очень напоминал тот, в котором они жили в Сиге, и было понятно, что построен он тоже довольно давно.

Пол был местами неровный, раздвижные двери кое-где заедало, а тонкий ковер был весь в пятнах. Обеденный стол и керосиновый обогреватель, доставшиеся им в наследство, тоже видали виды.

Однако комнат было достаточно, и еще имелся большой сад. Юми наконец завела свой огород и выращивала помидоры, огурцы и соевые бобы эдамамэ. Не было слов, чтобы выразить благодарность Сакуносукэ за то, что он не оставил их в таких обстоятельствах.

После того как персональная выставка в универмаге «Фукуэй» была отменена, Сакуносукэ активно продвигал художника Такахико Номото и нашел несколько влиятельных коллекционеров. Одним из них стал Тацуо Сакаи – видный бизнесмен Хоккайдо; особенным авторитетом он пользовался в своем родном городе Датэ. Превратив «Хокусэй буцурю» в престижную компанию, Сакаи сосредоточился на культурных проектах и прославился в мире искусства Хоккайдо своей коллекцией картин.

Ему нравились картины Такахико, но, поскольку их было немного, он купил лишь один натюрморт. Когда Сакуносукэ спросил, может ли Сакаи какое-то время позаботиться о художнике на Хоккайдо, тот ответил утвердительно.

Сакуносукэ внимательно относился к мелочам, вникал во все, что касалось Такахико и Юми. Ведь Такахико не сможет заработать, пока картина не завершена, и, понимая это, Сакуносукэ спросил Сакаи о работе для Юми.

– Если вы так хорошо говорите по-английски, почему бы вам не открыть школу? – сказал тот и позволил ей использовать свой пустующий дом.

Однажды Сакуносукэ отвез супругов к Сакаи, чтобы Юми могла его поблагодарить. Их тепло встретили в доме в Отару. Поскольку они поехали туда вместе с Такахико, пришлось взять с собой и Рё.

Конечно, Сакаи не знал об инциденте с похищением. Юми отправилась навестить дом своего спонсора, заранее подготовив для него целый рассказ о том, что они воспитывают Рё дома потому, что работа Такахико требует постоянных переездов, а каждый раз менять детский сад сложно. Но на самом деле почти все время общения ушло на разговоры об искусстве и о неудачах в бизнесе и на рассматривание рисунков Рё. Сакаи, похоже, понравилось, что родители сами учат сына читать и писать, и он потом прислал им множество книжек с упражнениями и картинками.