Онлайн книга «Молчание греха»
|
Сакаи поднял взгляд и плеснул коньяку в опустевшую чашку. – Вижу, вы человек, сведущий в расследованиях… – Нет, я только в этом году начал серьезно собирать этот материал. Они оба рассмеялись, и Мондэн задал первый вопрос: – Земля в Датэ, где раньше располагалась английская школа «Рэйнбоу», принадлежит вам, верно? – Да, изначально я купил эту землю, чтобы поселить здесь своих родителей. После их смерти дом по большей части стоял пустой. – И в девяносто третьем году вы одолжили свой дом Юми Номото, верно? – Правильно. Мы отремонтировали его, чтобы его можно было использовать под школу. – Что заставило вас это сделать? Сакаи уклонился от прямого ответа, сказав только: – Вы сами можете догадаться. – Значит, вас попросил об этом Сакуносукэ Киси? Сакаи поднес чашку ко рту и кивнул. – Супруги Номото жили в школе? – Нет. Жили они в другом месте. – Об этом тоже вы позаботились? – Ага. Мондэн откинулся на спинку дивана. – Это весьма щедро… – Это всё господин Сакуносукэ, он пользуется слабостями людей. У бизнесмена, сохранившего харизму даже в нынешнем возрасте, могла быть только одна слабость. – Вас, вижу, тоже очаровал талант Такахико Номото… – Таких художников больше нет. В наши дни благодаря музею «Токи» и компьютерам увидеть реалистические картины стало проще, но в прошлом, хотя слово «реализм» и существовало, его не признавали отдельным жанром. Когда я впервые увидел его картины, я подумал: «Что это за чёрт?» – и некоторое время ничего не мог сказать. Сакаи поднял голову, словно что-то вспоминая, и на его губах появилась улыбка. – Когда вы впервые увидели картины господина Номото? – Думаю, это было где-то в начале эпохи Хэйсэй. Господин Сакуносукэ сказал мне, что есть художник, которого он хотел бы мне представить. Тогда мы и встретились в Токио. Это было сразу после того, как Номото стал эксклюзивно работать с «Рокка». Увидев его работы, Сакаи сразу же заказал ему пейзаж Хоккайдо. – Я слышал от друга господина Номото, художника, что у него были проблемы с университетским преподавателем… – Да, он что-то такое говорил. Сакуносукэ также с энтузиазмом поддерживал «борьбу с авторитаризмом». В качестве ответного удара он обещал Номото устроить его персональную выставку. – Вы видели ту выставку? – Нет, я не помню, чтобы она состоялась. Вероятно, речь шла о персональной выставке в «Фукуэй», которая была отменена из-за внешнего давления. Сакаи очень рано познакомился с Номото. Должно быть, Сакуносукэ ценил его как надежного покупателя. – Вы регулярно встречались с Номото? – Нет, я думаю, после нашей первой встречи прошло много времени. А в следующий раз мы встретились уже после того, как Сакуносукэ связался со мной и попросил помочь им с жильем. Сакаи постепенно расслабился, и разговор перешел к сути дела. – Я уже говорил вам, что господин Номото может знать обстоятельства одного дела, касающегося ребенка. Сакаи кивком предложил продолжать. – Это мальчик по имени Рё Найто. Его похитили в декабре девяносто первого года. Этот случай широко известен как «инцидент с похищением двоих детей в Канагаве», но я не буду вдаваться в подробности. Один из двух детей – Рё, в настоящее время художник-реалист, известный под именем Осаму Кисараги. Сакаи никак особенно не прореагировал на слова Мондэна, из чего тот заключил, что он об этом знал. |