Онлайн книга «Закусочная Юми. История душевной еды»
|
Хотя он так и сказал, на душе у него было тяжело. Его охватил страх, что жена может умереть. В те тяжелые времена он часто заходил в «Закусочную Юми», заказывал еду и запивал ее кулписом. Когда еда не лезла в горло, он просто заказывал напиток. В такие моменты мама Юми наливала ему в красивый стеклянный стакан кулпис и приносила бесплатно лепешку. Однажды мужчина пришел в закусочную перед самым закрытием и заказал кулпис. Он попросил выслушать его. Мама села напротив «клятого мужа», а Юми присела в стороне от них. Он залпом выпил кулпис, его глаза покраснели, и он разрыдался как ребенок. – Врач говорит, что нужно смириться и искать дом престарелых, но как я могу отправить туда такую красивую жену? Нет, ни за что! Когда я был моложе, все время пропадал на работе, изводил ее своим отвратительным поведением, заставлял страдать… Теперь, даже если я умру, она меня не простит. Нет, и точка! – Он снова заплакал. – Вы знаете, какой я ужасный человек? Еще до того, как ей поставили диагноз в городской больнице, я познакомился с одной дамочкой и начал учиться у нее танцевать – днем и ночью бегал на уроки джиттербага и изучал рок-н-ролл. А моя жена, прихрамывая и опираясь на зонт, пошла меня искать. Мне тогда так стыдно стало, что я начал на нее кричать, чтобы она шла домой. Я покупал той дамочке танцевальную обувь, но любимую остренькую тушеную рыбу для жены было жалко заказать… А теперь, когда она так больна, все это не имеет никакого значения. Я просто хочу, чтобы она была рядом со мной. – Ай, вот бы вы раньше так заботились о ней. Но почему ваша жена, несмотря на болезнь, пошла туда, где вы танцевали? Переживала за вас? – Нет. Она сказала, что хотела увидеть, как я танцую. Вот и разыскала тот зал для бальных танцев, несмотря на боль и трудности с ходьбой. Юми потянулась, чтобы долить кулпис в пустой стакан, но мама остановила ее. Она достала из холодильника макколи и налила немного. – Попробуйте это. «Клятый муж» замахал руками. – О, нет, нельзя. Я бросил пить. Дал себе слово, глядя в глаза больной жене. Никогда больше не буду. Лучше налейте еще немного кулписа. – Хорошо. Мама вместо макколи предложила ему лепешек. – Съешьте еще немного. – Спасибо вам, – всхлипнул он. – Но в последнее время говорят, что в домах престарелых хорошие условия, если вам так тяжело… – Что?! «Клятый муж» сорвался на крик: – Ты что говоришь, женщина?! Ты как смеешь болтать такое?! Ты знаешь, каким человеком я был в молодости? Юми так испугалась, что замерла. Она уже собиралась звонить в полицию, боясь, что он может ударить маму. Но мама тихо опустила голову и извинилась перед ним. – Ой, простите меня, начальник. Это я не подумала. Пожалуйста, не сердитесь. – Спасибо, конечно, что выслушали меня, но зачем вообще так говорить? Пока я жив, ни за что не отдам жену в дом престарелых. Если еще хоть раз при мне такое скажете… Знаете, какой у меня характер? Никогда больше не произносите это при мне! – Знаю, знаю. Простите меня. «Клятый муж» ударил кулаком в дверь, разбил стекло и выбежал на улицу. Его громкие и отчаянные крики разносились по округе. – Мама! Мама! Ты в порядке?! Юми обняла дрожащую маму и потянулась за телефоном, но мама остановила ее. – Не звони. Подумай, как ему тяжело, раз он так себя ведет. |