Книга Судный день, страница 54 – Стив Кавана

– Я не без сочувствия отношусь к вашему положению. В конце концов, это не ваша вина, что Энди убил ту девушку, – добавил Корн.

Дыхание Патриции участилось, губы задрожали. Свет уличного фонаря отразился в слезах, застилавших ее большие печальные глаза, – гордость жгла их.

Когда она заговорила, голос у нее дрожал и звучал едва громче шепота. И все же это было всё дыхание, какое она только могла собрать в своем теле, и вместе с ним появилась тихая сила.

– Мне не нужна благотворительность от таких, как вы! Вы хотите убить моего мальчика. Я знаю. Я вижу это. Я чувствую исходящий от вас запах. С вами что-то не так.

Свет уличного фонаря даже не мигнул, однако Корн, который только что стоял в трех или четырех футах от нее, внезапно перескочил вперед, как на неудачной склейке в кинофильме, на которой не видно, как кто-то движется, – или, может, то была просто игра света, не выхватившего сделанного им шага, – но какова бы ни была причина, теперь Корн вдруг возвышался прямо над Патрицией Дюбуа, а его лицо зависло в считаных дюймах от ее лица. Он чувствовал исходящий от нее запах химикатов, стирального порошка и чистящих средств.

Каждое слово, произнесенное им, звучало хрипловато и влажно – было что-то такое на грани каждого слога, словно мед, сдобренный мышьяком.

– Не торопитесь, миссис Дюбуа… Подумайте над тем, что я только что сказал. Я не могу спасти вашего сына. Я могу лишь обещать ему быструю смерть. И я могу пообещать вам достаточно денег, чтобы похоронить его и погасить ваши долги. Жители этого города могут быть милосердными и по-христиански относиться к тем, кто испрашивает искупления. Я прошу только об одном. Скажите правду. Расскажите нам, как Энди вернулся домой той ночью и сказал вам, что убил Скайлар Эдвардс. Проследите, чтобы он рассказал ту же историю присяжным. Если он этого не сделает, я могу заставить вас обоих страдать. Думаете, что сейчас плохо? Вам может быть много хуже. Ему может быть намного хуже. Я прослежу, чтобы Энди сделали укол. Хорошего препарата. Чтобы он заснул перед тем, как ему введут яд в вены. Если он не будет сотрудничать, у нас обнаружится нехватка подобных препаратов. Так что Энди будет ждать стул. Подумайте об этом, миссис Дюбуа.

Корн отступил на шаг. Прежде чем повернуться к своей машине, он сказал:

– Энди умрет. Вопрос только в том, как именно. Легко или тяжело? Он может просто заснуть или же умереть с кипящей в жилах кровью. Это зависит только от вас.

Эдди

Я проследил, как Корн, прихрамывая, пересекает улицу по направлению к своей машине, оставив пошатывающуюся женщину на тротуаре, и садится в свой «Ягуар». Нутро машины осветилось.

Чья-то рука легла мне на затылок. Блок тоже пригнулась. Как только Корн проехал мимо, она позволила мне выпрямиться.

Открыв водительскую дверцу, Блок ступила на асфальт, и я начал открывать дверцу со своей стороны. Блок покачала головой и движением руки велела мне подождать в машине.

Наверняка это было разумно. Судя по разговору, который только что состоялся у Патриции Дюбуа с Корном, ей были совсем ни к чему еще какие-то неожиданные встречи с незнакомыми людьми нынешним вечером. Если б мы подвалили к ней сразу вдвоем, этого могло оказаться уже слишком. Патриция стояла прислонившись к уличному фонарю, уронив голову на грудь и тяжело дыша. Корн не прикасался к ней физически, но выглядела она так, будто из нее высосали все силы. Блок двинулась прямо к ней, не желая еще больше ее пугать.