Книга Исход, страница 42 – Сергей Харт

— Не вопрос! Еще пожелания будут, или пойдем уже?

— Пойдем.

В дверях я спохватился и вернулся за стоявшим в углу ломом. Чуть не забыл! Один раз он мне жизнь спас, глядишь, еще выручит. Уже в дверях обернулся на спящих товарищей и на секунду задрожал взгляд, запоминая эту мирную картину. Я был абсолютно уверен, что уже никогда сюда не вернусь.

Шли мы молча и лишь стук ботинок о пол разгоняло гнетущую тишину. Ни мне, ни Деду говорить особо не хотелось, да и не о чем нам было разговаривать. Все слова уже были сказаны, а несказанное и так понятно.

Возле тоннеля мы остановились. Пришло время прощаться. Дед, как и обещал, обошелся без долгих речей, просто протянул мне руку.

— Найди для нас выход, ладно? — попросил он.

— Постараюсь, — ответил я, пожимая протянутую ладонь.

— Связь через каждый час, — напутствовал он меня, — если не отвечу, вернись немного назад и попробуй снова.

— Понял, сделаю.

— Ну и молодец тогда. Иди с богом!

Я секунду поколебался, затем вытащил из рюкзака второй пистолет и вложил его в руку Деда. Жаба — зверь сильный, но совесть все же сильнее. Не могу я вот так, все оружие себе забрать, по-свински как-то…

— А тебе? — удивился моей щедрости Дед.

Я молча приподнял куртку, обнажая поясную кобуру и спросил:

— Доводилось пользоваться?

— Разберемся, — уверил он меня, убирая оружие в карман.

Ну, разберется, значит разберется. Бывший военный как-никак. Я спустился на рельсы, включил фонарь, и не оглядываясь вошел в тоннель.

Вначале тоннель шел почти прямо, и мощный фонарь освещал путь далеко вперед. Двигался я у левой стены, подальше от контактного рельса. Нет, я прекрасно понимаю, что он обесточен, но все равно как-то не по себе.

Воодушевленный, как Одиссей, я рвался вперед, струдом сдерживая желание побежать. Так прошло минут десять, а потом мое рвение пошло на убыль, мрак тоннеля давил все сильнее и сильнее. Вспомнился сон, в котором черная бездна засасывала меня в себя, и весь мой порыв куда-то улетучился. Появилось чувство, будто кто-то наблюдает за мной из темноты, караулит.

Облизнув внезапно пересохшие губы, я сбавил темп и резко оглянулся, освещая тоннель позади себя. Ничего.

«Трусливый дурак!» — мысленно обругал я себя. Приснился, понимаешь, кошмар, и уже дрожу как ребенок. Темноты испугался! Стыдно, стыдно… хорошо хоть, не видит никто.

Вперед, только вперед!

Я решительно двинулся дальше. Серые стены с ворохом обвисших проводов, мелькающие шпалы и угнетающая чернота впереди. Просто диву даюсь, как метро может быть настолько разным! На станции, в окружении толпы людей и в ярком свете ламп оно кажется живым, а здесь, в глубине тоннеля, стало мертвым и пугающим.

В лицо мне дул холодный ветерок, принося с собой кисловатый запах машинного масла. Мрачные тона и монотонное движение угнетали. Я поймал себя на том, что все чаще смотрю вверх, ожидая, что кто-нибудь кинется оттуда мне на спину. Умом-то я понимал, что это глупо, что это фантазия играет со мной злую шутку, но все равно было не по себе.

Жутко.

Очень хотелось пить. Я остановился, и потянулся было за бутылкой, но отдернул руку. Нельзя. Времени всего ничего прошло, а воды мало, выпью чуть-чуть на привале.

Время шло, а тоннель все не кончался, и это вселяло в меня новый страх. Мне вдруг стало казаться, будто он не закончиться никогда, что я двигаюсь на одном месте, будто попал в некую пространственную аномалию. Вновь захотелось побежать, на сей раз от страха.