Книга Исход, страница 41 – Сергей Харт

— Понял тебя, ястреб! Конец связи.

Ну что ж, работает и то хорошо. Повесив прибор на пояс, я направился к Деду. Тот не стал идти мне навстречу, а терпеливо поджидал.

— Продолжим испытания? — предложил он.

— А еще не все?

— На расстоянии надо попробовать и через преграду.

Это он дело говорит. С десяти шагов работает очень даже неплохо, а в паре километров как будет? Может связь уже через сотню метров пропадет. Так что проверить надо, без вариантов.

— Значит, ты остаешьсяздесь, а я на «Кузнецкую» иду, так? — уточнил я.

Старик кивнул:

— Все верно, иди.

И я пошел. Спокойно так, вразвалочку, никуда не торопясь, а кода был примерно на полпути, рация завибрировала, и из нее донесся нетерпеливый голос Деда.

— Ну, где ты там? Прием!

— В переходе еще, — доложил я. — Полет проходит нормально! Прием.

— Рожденные ползать летать не будут. Гусеница ты! Конец связи.

Проходя мимо завала, я покосился на аккуратный курган, поежился и невольно ускорил шаг. Вчерашние события казалось дурным сном, но вид братской могилы напомнил мне, что все это произошло наяву.

Дойдя до тоннеля, я остановился, постоял пару минут, вглядываясь в его черный зев, а затем спустился вниз.

Оказавшись на рельсах, меня посетило странное чувство неправильности. Вроде бы и знаю, что поезд не придет, и охрана за мной не погонится, а все равно как-то неуютно. Очень захотелось залезть обратно. Но делать этого я, разумеется, не стал. Напротив, включив фонарь, я решительно двинулся во тьму.

Метров через пятьдесят, я остановился и взялся за рацию.

— Орел на связи! Как меня слышно? Прием!

— О, долетел наконец! — даже сквозь треск помех я уловил в его голосе недовольство. — Спускайся в тоннель и пройди немного вперед. Прием.

— Уже, прошел где-то метров пятьдесят. Нормально или дальше идти? Прием.

— Нормально все, возвращайся. Конец связи.

С чувством выполненного долга я развернулся на сто восемьдесят градусов и как можно быстрее зашагал обратно. Взобрался по лестнице наверх и уже собрался уходить, как вдруг из тоннеля послушался какой-то странный шум, то ли писк, то ли скрежет. А может, и то и другое одновременно.

Вновь включив фонарь, я направил его луч в тоннель, освещая каждый уголок, но ничего необычного не увидел. Стены да рельсы. Прислушался, ничего. Показалось, наверное.

Дед поджидал меня у перехода. Когда я с ним поравнялся, он молча показал мне большой палец. Вот мол, как рация работает. Я с ним согласился, показав сразу два больших пальца.

В подсобке царила тишина. Все спали, что и неудивительно. Часы на мобильнике показывали ровно шесть утра. Мы с Дедом не торопясь позавтракали хлебом и салом, запили водой из канистры. После чего старик стал клевать носом и зевать так, что я всерьез испугался за его челюсть.

— Пожалуй,пойду, — сказал я, после очередного зевка.

— Разбудить? — глазами указал на спящих старик.

— Не надо, — покачал я головой. — Не люблю слезных прощаний.

Дед хмыкнул и поднялся на ноги.

— Ну, тогда я тебя провожу, без слез. Иди, собирайся!

А что мне собирать? Все уже давно собрано! Поэтому я просто закинул рюкзак за спину и вернулся к Деду. Газовый баллончик вместе с дубинкой и вторым фонарем я положил на стол, так чтобы он видел.

— Баллончик Саше отдай, как проснется, а с остальным распоряжайся по усмотрению.